Книга Укол китайским зонтиком, страница 113 – Наталья Николаевна Александрова

На этот вопрос у Евгения не было ответа, и он промолчал.

А Николай Иванович закончил:

— Вот все, что я тебе могу рассказать про операцию «Китайская кукла». Помогло это тебе?

— Пока даже не знаю… – неуверенно ответил Евгений. – А вот вы сказали, что вам перед тем, как послать на Алтай, показали такую же куклу. Вы имели в виду фотографию? Рисунок?

— Нет, мне показали настоящую куклу. Очень похожую на ту, которую я видел у Чибикова. Не один в один, но похожую, как бывают похожи родные сестры.

— Значит, эта кукла была в нашем хранилище?

— Да, и до сих пор она там. Даже не одна, а две. Я потом, когда вырос по службе, поинтересовался – ведь как-никак этой кукле я обязан самым большим провалом в своей карьере. Кстати, когда я вернулся из Эвенкии, операция «Китайская кукла» была уже закрыта, никто о ней уже и не вспоминал. Дело понятное – начальство сменилось, перед нами поставили другие задачи. Ну, и мне, сам понимаешь, вспоминать про нее было тоже не с руки. Так что до сегодняшнего дня я про эту самую куклу и думать забыл. Хотя, конечно, интерес к этому делу оставался. А тут ты приходишь и говоришь…

— Меня к этому подтолкнул сам ход событий. Дело Куркиной и все остальное.

Николай Иванович ничего не ответил. Он ждал, когда его подчиненный сделает следующий ход.

— Вот что, – проговорил Евгений после непродолжительной паузы, – мне бы нужно взглянуть на тех кукол, которые находятся в нашем хранилище.

— Зачем это тебе?

— Думаю, что это поможет мне разобраться в деле Куркиной. Поможет продвинуться.

Евгений не стал докладывать шефу о том, что вертится в деле какая-то подозрительная женщина, эта Лебедева. Он давно служил в организации и знал правило: чем больше узнает начальство, тем больше нареканий получают подчиненные. И вообще, свои источники каждый сотрудник держит при себе. Он, конечно, Лебедевой этой не слишком верит, однако получается, что куклы играют в этом деле главную роль. Так что нужно ему посмотреть хоть на одну.

— Ладно. – Николай Иванович выдвинул ящик своего стола. – Попробуй. Ты знаешь, что у нас не очень одобряют посещения Специального хранилища, но в этом деле с китайскими куклами очень много непонятного. Может быть, ты в этом разберешься – спустя столько лет.

Он достал из ящика бланк с замысловатой фиолетовой печатью.

— Один пойдешь?

— С одним сотрудником. Точнее, сотрудницей.

— Ну, хорошо, фамилию сам впишешь. – Николай Иванович расписался на бланке и протянул Евгению:

— На, дерзай!

Надежда Николаевна нажала на кнопку.

За дверью раскатилась трель звонка.

Дверь почти сразу открылась, на пороге стоял профессор Чибиков.

— Рад вас видеть, – проговорил он и отступил в сторону. – Хочу вас познакомить со своим другом…

Тут из полутемного коридора вышло огромное косматое существо. Это был большущий черный пес с рыжими подпалинами. Огромная голова, огромная пасть с внушительными клыками, густая шерсть, умные блестящие глаза – пес был грозный, но очень красивый. Надежда чуть заметно попятилась, но постаралась не показать своего испуга.

— Это Ченрезиг, – представил его профессор, – тибетский мастиф.

— Какое необычное имя!

— Ченрезиг – это тибетское слово, оно обозначает вечную душу, которая переходит из одного смертного тела в другое, от одного человека к другому в своем пути к совершенству.