Книга Роковые камни Аркаима, страница 39 – Елена Гордина

Кроме служебной переписки она ничего не нашла. Да, ее муж действительно потерял работу, причем его уволили сразу после того, как в офисе стало известно, что он является одним из подозреваемых в убийстве ребенка.

— Все, как он и думал, – пробормотала Лиза, она вспомнила, что Владимир боялся, как бы эта чудовищная история с Кристиной не отразилась на его карьере. И оказался прав, его моментально уволили. Вот только где он работает сейчас? Или все еще находится в поиске, но тогда на что он живет?

Просмотрев почту вдоль и поперек несколько раз, Лиза не нашла ответов на свои вопросы, а потом открыла историю запросов в поисковой системе и опешила… ее муж, ее родной муж Владимир, с которым она прожила двенадцать лет и от которого родила двух сыновей, просматривал сайты с детским, о господи, порно. Там были запросы и про девочек, и про мальчиков, о господи… Это был шок, вернее, даже не шок, а что-то уже совсем из разряда неописуемого словами. Коллапс. Взрыв мозга.

Лиза отпрянула от ноутбука, словно обожгла сетчатку глаз, и в ужасе закрыла руками рот. Что? Да как такое вообще возможно? Нет! Это невозможно! А как… как тогда быть с ее детьми? На Лизу словно ушат ледяной воды вылили, она поняла, что больше никогда, ни при каких условиях не оставит сыновей наедине с мужем. Но что же делать дальше? Лизу трясло, тошнота подступила к самому горлу, она бросилась в туалет и склонилась над унитазом. Приступ прошел, и Лиза села прямо на холодной пол. Затем снова взглянула на мусорное ведро и решительно откинула крышку. Видимо, после того, как она узнала, чем балуется ее муж, все нормы приличия отпали сами собой. Лиза скривилась, но все-таки осторожно исследовала содержимое мусора и, к ее огромному удивлению, обнаружила там использованный тампон.

— Все, с меня хватит! – Лиза наклонилась к раковине и умылась ледяной водой, она уже сто раз, нет, тысячу раз пожалела о том, что тайком забралась в съемную квартиру мужа. Если бы все дело было в том, что Владимир завел любовницу и поэтому от нее съехал, пока разбирается в чувствах (вроде бы так пишут на слезно-тошнотворных женских сайтах), это было бы не так ужасно, но детская порнография… Этот факт затмил собой все, и то, что Владимир потерял работу, и то, что у него есть женщина (тампон тому доказательство) или нет женщины, а это, например, оставила его домработница, которая приходила убирать квартиру, плевать. Все мысли Лизы теперь крутились вокруг Кости и Вани, что, что, что, о господи, если Владимир их пытается растлить? И тогда она внезапно вспомнила, какое растерянное и напуганное лицо было у Кости, когда он говорил о папе. Да, было именно такое лицо: растерянное и напуганное, словно ребенок скрывал что-то отвратительно ужасное. Или это все чушь и она уже сама себя накрутила?

Лизу трясло, она вышла из квартиры, закрыла за собой двери и спустилась в машину, там она долго думала, что делать дальше. Первая мысль была – позвонить в полицию, но потом она испугалась, что детей заберет опека. Вторая мысль – набрать Владимира и спросить, что все это значит, черт побери? Но если он и правда извращенец – Лизу передернуло, – то он начнет отпираться и уничтожит все доказательства, которые ей могут пригодиться, если она все-таки обратится в полицию. Потом Лиза немного собралась с мыслями и решила, что сначала заберет детей от мужа, вот прямо сейчас, и никогда, ни при каких условиях больше не оставит мальчишек наедине с Владимиром. А завтра же запишет сыновей к клиническому психологу, чтобы он выяснил, делал ли их отец с ними что-то гадкое? Лиза хотела бы сама спросить об этом у детей, но пока, в панике, даже не представляла, какие подберет для такого случая слова.