Книга Не оставляй меня, Малыш!, страница 155 – Татьяна Бочарова

Он поднял кулак.

— Только тронь, — заскулил мужик, — пожалеешь, матерью клянусь!

— Ты ещё погрози мне. — Алексей хотел ударить, но внезапно передумал. Взял мужика за плечи, развернул к себе спиной, легонько пнул коленкой под зад. — Катись с глаз долой, пока я тебя не прищучил по-настояшему.

— Ладно, Капитан. Мое слово верное. Пожалеешь, я сказал.

Алексей с мрачной усмешкой глядел, как он, спотыкаясь, ковыляет вниз по лестнице. Потом захлопнул дверь.

Газ почти весь выветрился. Алексей зашёл в ванную, включил холодную воду, сунул голову под кран и так стоял с минуту или больше. Потом вытер лицо, снял намокшую рубашку и побрел в комнату.

На комоде в клетке лапками вверх лежал Пал Палыч. Черные его глазки были широко открыты, и в них застыло удивление. Одна щека была оттопырена, изо рта торчал кусочек морковки — очевидно, смерть застала его за едой.

Алексей постоял немного, потом открыл клетку, осторожно вынул безжизненное тельце, завернул его в газету. Надо будет выйти похоронить, вырыть во дворе ямку. Хорошо еще, что сейчас не зима, земля успела оттаять.

Голова гудела, глаза слипались. Зверски, мучительно хотелось пить, но сил идти обратно в ванную не было. Алексей опустился на диван, прислонился затылком к жесткому истертому валику. Он решил немного поспать, прямо так, сидя, потому что лишнее движение давалось с огромным трудом.

Сон навалился почти сразу же, тяжкий, одуряющий, состоящий сплошь из обрывков кошмаров. Он снова валялся в кухне, снова слышал зловещее шипение газа, снова хотел умереть, и у него ничего не получалось.

Потом в сон вклинился какой-то странный, тонкий и пронзительный звук и стал повторяться с раздражающей настойчивостью.

Алексей с трудом поднял отяжелевшие веки, с равнодушным удивлением прислушался. Прошла минута, а то и больше, прежде чем он понял, что это пищит домофон.

Неужели снова сосед?! Потерял ключ от подъезда? Ну, на сей раз он его точно прикончит!

Алексей на всякий случай выждал немного, но домофон не умолкал. От резкого, назойливого звука заломило в висках.

— Пеняй на себя, гад. — Алексей коротко выругался и, поднявшись с дивана, поплелся в прихожую.

Трубка выскочила у него из пальцев и треснулась об стену.

Это была Настя, её голос. Или, может быть, у него от газа начались галлюцинации?

Трубка висела на шнуре и молчала. Алексей поднял ее и тихонько позвал:

— Настя.

— Открывай.

— Ты… уезжаешь? Пришла попрощаться?

— Я никуда не поеду. Ты откроешь или нет?

— Совсем не поедешь?

— Лёша, ты очумел? Мы что, так и будем общаться через эту штуковину?

Он вдруг все понял. Ноги сразу ослабели, стали ватными, дрожащими, захотелось плюхнуться на пол прямо здесь, возле двери.

— Эй, — негромко окликнула трубка, — нажми на кнопку. Или ты хочешь, чтобы я ушла?

— Не хочу.

— Тогда делай, что тебе говорят.

Алексей послушно ткнул пальнем в квадратную пуговку. …

…Ася услышала сигнал и потянула дверь на себя. У неё отлегло от сердца. Слава богу, всё в порядке, ничего страшного не случилось.

Теперь можно решать, как быть дальше. Надо срочно позвонить Сергею, попросить у него прощения за всё, сказать, что вечером она заедет за Стёпкой. А со следующей недели Ася потребует у Игоря дать ей максимальную нагрузку — это хоть небольшие, но деньги, на первое время хватит, чтобы сводить концы с концами. А там посмотрим.