Онлайн книга «Не оставляй меня, Малыш!»
|
Поначалу Ася смотрела на сцену внимательно и с интересом, но после пятого номера ей стало скучно. Дети выступали четко и слаженно, были отлично и дорого одеты, но в их песнях и танцах напрочь отсутствовали живость и непосредственность, вытесненные многочасовой, суровой муштрой. «Мои будут выглядеть точно так же», — обреченно подумала Ася и вздохнула. Тронула ее лишь одна девочка, исполнявшая под гармошку народные песни. Худенькая, стройная, как тополек, с длинной русой косой, спускающейся ниже пояса, она так умело, по-взрослому держала паузу и в то же время пела настолько искренне и пронзительно, что на глаза невольно наворачивались слезы. И песни ее были грустные, протяжные, о нелегкой женской доле. Девочке долго хлопали и даже кричали «Браво». Видимо, она привыкла к успеху, потому что кланялась не спеша, с достоинством, придерживая рукой свою роскошную косу. Ася дождалась, пока юная певица покинет сцену, и вышла из зала. За дверью артистической было подозрительно тихо. Ася осторожно заглянула вовнутрь. Девочки сидели кучкой, сгрудившись вокруг Маши, а та, раскрыв старый, потрепанный томик, вполголоса нараспев декламировала: — …Я слышу шум. — Синьора, уходите Из этого гнезда заразы, смерти, Оцепененья. Власть, которой мы Противиться не можем, наши планы Расстроила. Иди же, дочь моя, Твой муж лежит здесь мертвый так же, как И граф Парис. Идем скорей, тебя Я помещу к монахиням в обитель. Не спрашивай подходит стража к нам. Идем, идем же, добрая Джульетта… Лица у девчонок были серьезными и сосредоточенными. Позади всех у окна стояла Диана с заново накрашенными глазами и тщательно наложенным гримом. Она шевелила губами, беззвучно повторяя про себя то, что Маша произносила вслух. Ася на цыпочках, стараясь не обнаружить своего присутствия, сделала несколько осторожных шагов и укрылась за шкафом. …Что это У милого в руке? А! Склянка с ядом! Вот как с собой покончил он… О, жадный! Ты выпил всё, ни капли не оставил, Что помогла б мне за тобою вслед Отправиться. — Прильну к твоим губам: Быть может, есть на них довольно яда, Чтобы меня убить. — Они теплы! …Шум! Ну, так я потороплюсь. О счастье: При нем кинжал! Вот где твои ножны. Заржавей там, а мне — дай умереть… Маша хотела читать дальше, но Диана неожиданно перебила. — Погоди, я не понимаю. — Она протиснулась вперед. — Что у них обоих, крыша поехала? Им же так мало лет, вся жизнь впереди, а они травятся, закалываются… — Дура ты, — резко проговорила Алена — они друг друга любят. — Не верю я в такую любовь. Это все Шекспир придумал, а в жизни иначе. — Да ты-то откуда знаешь, как в жизни? — насмешливо проговорила Маша. — Знаю. — Диана мрачно глянула на подругу. — У меня сестра сначала с одним парнем встречалась, стихи ему сочиняла, ночью слезы лила в подушку, а как он в армию ушел, у нее теперь другой, с «мерсом». Она обвела взглядом притихших девчонок и добавила с сознанием собственной правоты; — Ее бывший, Костик, тот, который служит, тоже не унывает. Приятели к нему ездили, говорят, девушку себе завел, из местных. А сестру обещал поколотить, когда вернется. — Не судить же обо всех по твоей сестре, — горячо возразила Ира, — у меня брат вон женился недавно и жену свою знаешь как любит! — А она его? — И она. |