Книга Пианистка, страница 156 – Татьяна Бочарова

Существо, дороже которого у Карины не было теперь на всем свете, и у него осталась только она. Маленькая, курносая Аленка, та самая ниточка, о которой говорила Русудан, одна только объясняла смысл ее теперешнего существования.

Трамвай с веселым грохотом несся по шумным майским улицам. Она сидела, глядя в пыльное стекло, как проносятся мимо машины, дома, магазины, стеклянные козырьки остановок. Не замечала, что говорит сама с собой, негромко, вполголоса, едва заметно шевеля губами.

— Олег, Олежка! Твой ребенок, твоя девочка жива. Она родилась, плоть от плоти твоей, кровь от крови.

Помнишь, как не хотел ты этого ребенка? Но та, которая тебя любила, умирая, смогла подарить тебе дочку. И теперь на земле есть твой след. Он не затеряется, будет продолжаться, рядом с мириадами других, навсегда ушедших.

…Вагон катил по рельсам, раскачиваясь и подскакивая, вожатая бойко и быстро объявляла остановки. Народ входил и выходил, и каждый, кто поднимался на переднюю площадку, с удивлением косился на странную женщину у окна.

Красивое тонкое лицо было грустным, взгляд зеленовато-карих глаз блуждал где-то далеко. Ее нельзя было не заметить, она привлекала внимание, завораживала своим обликом – непостижимым, загадочным и пронзительно печальным…

…Лев Толстой сказал: «Счастье – есть удовольствие без раскаянья».

Многим ли из нас довелось в жизни познать такое счастье? Кому повезло испытать удовольствие, не терзаясь при этом муками совести, не оставляя позади себя тоску и страдания, ни разу не солгав, не посягнув на запретное, чужое?

Мало кому. Чаще бывает наоборот. Мы всей душой жадно стремимся к счастью, но по пути к нему сбиваем с ног случайных прохожих. Оборачиваемся мельком, с досадой машем рукой и спешим дальше. Мы вовсе не хотим быть жестокими, но невольно ими становимся.

Почему? И не есть ли мы все лишь картинки огромной колоды карт, покорные всемогущей руке, разложившей удивительный, неповторимый пасьянс судьбы? Одно движение – и нам выпадает место злодейки-разлучницы, еще взмах – и рядом оказывается вовсе не благородный король, а пиковый валет – пустые хлопоты. А вокруг – слезы, разлука, казеный дом.

Сколько раз придется тасовать колоду, сколько земных воплощений придется ждать, пока выпадет тот самый идеальный расклад, в котором карты лягут чудесным, волшебным образом, не мешая одна другой, связанные высшим смыслом?

Пять раз, десять, а может быть, сотни? Сотни раз наша бессмертная душа сменит телесную оболочку, мы увидим свет и уйдем во тьму, но когда-нибудь, в одной из своих жизней все-таки познаем этот единственный, желанный миг удовольствия без раскаянья.

Когда-нибудь это да случится.

Ведь ради него, этого мига, мы и существуем, ибо что такое человеческая жизнь без ожидания счастья?