Книга Круиз по краю ада, страница 25 – Татьяна Бочарова

Сергей уже встал и ждал, когда она слезет с высокого барного табурета.

— Давай помогу. – Он протянул ей руку.

Мира упрямо мотнула головой и спрыгнула на пол. Они вышли из бара и молча поднялись.

— Ну все, спокойной ночи, – мягко проговорил Сергей, когда они остановились у ее номера. – Спокойной ночи.

Мира, стараясь не встречаться с ним взглядом, открыла дверь и прошмыгнула в прихожую. В глубине души она все-таки надеялась, что он окликнет ее, но Сергей уже шагал по коридору к лестнице. Мира заперла дверь, села на обитую бархатом банкету и разревелась. Она не понимала, что с ней творится. В груди теснилось что-то, не давая дышать. Мира с трудом сдержалась, чтобы не выскочить из номера и не броситься за Сергеем вдогонку. Она взяла себя в руки, сходила в ванную, умылась, потом переоделась в домашнее. Выпила два стакана воды. Ей было стыдно и тошно. Видела бы ее сейчас Яся! Та бы никогда не польстилась на такого парня, как Сергей. А если бы польстилась, без всяких угрызений совести отбила бы его у Анжелы. Но то Яся. А Мира совсем другая. Мамина дочка, этим все сказано. Мамина и папина. Ничего не поделаешь, нужно смириться.

Мира разделась и легла. Повисела немного в соцсетях, послушала музыку, поучила английский в мобильном приложении. Затем ее начало клонить в сон. Она погасила свет и вскоре уснула.

Мира не была особой любительницей экскурсий. Это ей передалось от отца. Георгий Петрович терпеть не мог музеи и выставки. Инна Валентиновна тщетно пыталась приобщить его к культпоходам. Сама она некогда окончила художественную школу и обожала живопись и скульптуру. Также ее привлекали краеведческие музеи, где были собраны местные достопримечательности и народное творчество. Во время путешествий семейство Звонаревых раскалывалось. Инна Валентиновна ходила по пятам за гидом, с интересом слушая все, что он говорит, и делая аккуратные пометки в блокноте. А Мира и отец при первой же возможности отделялись от толпы туристов и шли бродить по городу без всякой цели, исключительно в свое удовольствие. Они весело топали про брусчатке, заглядывали в магазинчики и кафешки, лакомились местным мороженым, подолгу фоткались возле клумб, фонтанов и памятников. Если дело было не в России, а за рубежом, Георгий Петрович заставлял Миру совершенствовать английский, разговаривая с прохожими и продавцами. Все это он в шутку называл «изучением истории на практике». Инна Валентиновна сердилась, обижалась, но переделать мужа и дочь была не в силах. Вернувшись домой, она пыталась прочитать им то, что успела записать во время экскурсий, однако они лишь беззаботно хохотали и в сотый раз разглядывали забавные фото в телефоне.

С утра Мира была не в духе. Во-первых, она чувствовала себя невыспавшейся, хотя проспала не меньше восьми часов. Во-вторых, ее не оставляла злость на Сергея и особенно на Анжелу, которая затеяла дурацкий поход на дискотеку. В-третьих, ей было лень и неохота тащиться на экскурсию. Она с удовольствием бы повалялась в постели, а потом побродила по городку в одиночестве. Однако делать было нечего. Мира позавтракала, собралась и спустилась в холл, где уже толпилась публика с теплохода.

К ее удивлению, экскурсия оказалась на редкость увлекательной. В этом была немалая заслуга экскурсовода, немолодой подтянутой женщины с короткой, под мальчика, стрижкой и мелодичным, звучным, как у певицы, голосом. Туристов отвели в музей Мыши, где перед ними разыграли целый спектакль из жизни мышиной королевской фамилии, затем в музей ремесел, потом в картинную галерею и в музей кукол. Под конец желающие посетили собор Николая Чудотворца, который Мире очень понравился. Она поставила свечи во здравие родителей, а также бабушки и дедушки, постояла немного, слушая службу, и купила в церковной лавочке четки и молитвослов.