Книга Круиз по краю ада, страница 60 – Татьяна Бочарова

— Здравствуйте, – вяло поздоровалась она.

Наверняка он пришел сюда, чтобы отчитать ее. Небось думал, что она отойдет минут на пятнадцать, а прошло больше часа. Честно говоря, ей было все равно. Загадочное поведение Богдана совершенно выбило ее из колеи. Непонятно, как он относится к ней? Вроде и хочет быть рядом, но в то же время ежеминутно отстраняется. А главное, он не доверяет ей до конца. Мира готова всю себя вывернуть перед ним наизнанку, а Богдан держит дистанцию. Если он болен и ему плохо, почему она не может быть рядом с ним? Чего он так стесняется?

— День добрый, – произнес Михалыч, и тон его по-прежнему был мягким и даже ласковым. – Не замерзла? – Он подошел и сел на скамейку рядом с Мирой.

— Нет. Еще тепло.

— Я смотрю, ты себе компанию нашла?

Михалыч кивнул в сторону, куда уехал Богдан.

— Да.

Значит, он видел их, сидящих за ручку, и, судя по голосу и выражению лица, у него это не вызвало никакого негатива. Мире было приятно, что Михалыч отнесся к ее знакомству одобрительно.

— Что ж, хорошее дело, – проговорил он. – Все не скучно будет.

Мира совсем осмелела.

— Скажите, Богдан… он давно тут у вас живет?

— Давно. – Кустистые брови Михалыча сошлись над переносицей.

— Почему у него нет дома?

— Его дом тут. Так уж получилось.

Ответ Миру не удовлетворил, однако она не решилась требовать от Михалыча подробностей. Тот внимательно поглядел на нее.

— Он нравится тебе?

— Да, очень.

— Это с ним ты вчера гуляла допоздна?

Мира кивнула.

— И тебя не смущает, что он колясочник?

— Нисколько.

— Странно. Не ожидал от тебя. – В тоне Михалыча послышалось уважение.

— Не ожидали? Почему? – удивилась Мира.

— Ну… где ты и где он, – произнес он раздумчиво. – Впрочем, ладно, не мне об этом судить. Пойдем, там Лизавета совсем зашилась. Не справляется с обедом. Поможешь?

— Конечно, дядь Леш.

Он улыбнулся. Мире на мгновение захотелось прижаться к его широкой груди. Но она сдержалась. В конце концов, он ей не отец, а почти чужой человек. Телячьи нежности тут неуместны.

— Пойдем, – сказал Михалыч и, поднявшись со скамейки, зашагал к крыльцу.

— Господи, и где ж тебя носит! – всплеснула руками Лизавета. – Бросила меня один на один с этой саранчой. Бегом, жарь котлеты, а я картошки начищу.

Мира поставила на газ огромную сковороду и принялась раскладывать кособокие котлеты, наспех слепленные Лизаветой из ее фарша. «Да, кухарка из нее – как из меня балерина», – подумала Мира и тут же вспомнила Анжелу, как она танцевала на палубе. Ее слова: «Вот так закроешь глаза, а кто-то подойдет и столкнет тебя за борт». Интересно, это она себя имела в виду? Мира не удержалась и тяжело вздохнула. Лизавета по-своему истолковала ее вздох.

— Ничего, девка, тяжело в учении, легко в бою. Ты давай не спи, шевелись, не то котлеты сгорят.

— Не сгорят. – Мира аккуратно, одну за другой, перевернула котлеты лопаткой, как учила ее мама. На всех без исключения красовалась золотистая корочка. Лизавета завистливо глянула на Миру и принялась с ожесточением орудовать ножом, сдирая с картофелин толстый слой кожуры. Минут через сорок обед был готов. Мира и Лизавета сдвинули несколько столов, накрыли их клеенкой и расставили тарелки и чашки. Едва они это сделали, в дверь ворвалась толпа голодных танцоров. Щи и котлеты с картошкой исчезли в мгновение ока.