Книга Круиз по краю ада, страница 89 – Татьяна Бочарова

Кто-то взял ее за плечи. Рядом стоял Сергей. Мира даже не заметила, как он подошел.

— Иди домой. В гостиницу. Не надо тебе здесь.

— А ты? А вы?

— Мы останемся. Надо дождаться «Скорую».

— Я… я не понимаю, как… – Мира заплакала. – Этого не должно было случиться. Несправедливо, нечестно!

— Не всегда все выходит по справедливости, – проговорил Сергей.

Мира заметила, что он больше не качается, стоит твердо, и голос его звучит твердо, без хрипотцы и дрожжи. Она посмотрела на него с мольбой.

— Это я виновата? Из-за меня?

Сергей решительно покачал головой.

— Никто ни в чем не виноват. Ты меньше всех. Поняла?

Мира всхлипнула и кивнула.

— Иди. – Он мягко подтолкнул ее к тропинке. – Сейчас твой отец приедет. Смотри не заплутай.

Сергей отвернулся от Миры и пошел к Анжеле. Он обнял ее и стал поднимать с земли, вполголоса приговаривая что-то ласковое.

Мира медленно побрела по дорожке, ничего не видя от слез. Никогда прежде в ее короткой жизни не бывало таких потрясений. Она не успела изведать боль потери, да и вообще никакую. Ей казалось, что за минувшую неделю она узнала и прочувствовала больше, чем за все прошедшие восемнадцать лет. Перед ней, точно кадры грустного кино, один за другим, промелькнули любовь и предательство, самоотверженность и коварство, ненависть и великодушие, жизнь и смерть. Они смешались между собой, точно опьяняющий коктейль, от которого захватывает дух, чувствуешь себя одновременно и слабым, как букашка, и сильным, способным преодолеть все, что ниспошлет судьба…

Мира вошла в гостиничный двор, и одновременно с ней туда въехал большой белый джип.

— Мира!

— Папа…

Она стояла на каменных плитках, поросших выцветшим на солнце мхом, и не могла сделать ни шагу. Ее точно заклинило, и тело перестало повиноваться.

Отец выскочил из машины и бросился к ней.

— Мира! Что случилось? Ты почему плачешь? Тебя обидел этот мерзавец? Где он?? Я его убью! Говори, где!!

— Он не мерзавец. И он мертв.

Мира наконец смогла оторвать ноги от земли и, бросившись к отцу, повисла у него на шее. Из глаз хлынула новая порция слез.

— Что ты такое говоришь? Ну погоди, не плачь. Не плачь, все хорошо, я с тобой. Права была мама, нельзя было отпускать тебя в этот чертов круиз…

Георгий Петрович бормотал несвязные слова утешения, сжимая Миру в объятиях и ласково гладя по голове, как малого ребенка. Постепенно рыдания ослабли и перешли в тихие всхлипывания.

— Ну, все? Успокоилась? – Он поцеловал ее в мокрую щеку. – Расскажи, что у вас тут происходит.

— Дядя Леша… он утонул. Только что. В реке.

— Какой дядя Леша? Это…

Отец не договорил, решительно взял Миру под локоть и повел к машине.

— Садись. У меня кофе есть, горячий. Только сейчас купил по дороге в кофейне. Пей и спокойно выкладывай. Все, с самого начала.

…Едва слышно играла магнитола. Пустой стаканчик стоял в подстаканнике. Мира сидела, удобно откинувшись на спинку кресла. Отец крепко держал обе ее руки в своих.

— Это все?

— Все. – Мира вздохнула и поглядела на него опухшими красными глазами.

— Фамилия твоего дяди Леши Романец. Я помню его и жену его покойную тоже. Значит, не он писал мне, а сын?

— Да. Его зовут Богдан.

— Имя ему явно не подходит, – мрачно сыронизировал Георгий Петрович. – Но голова у него варит. Все продумал до мелочей. Не оставил мне никакого выбора. Даже не засветился. Отследить по эсэмэскам его было невозможно, он сидел через ВПН с фейкового аккаунта.