Книга Лучший друг детектива, страница 38 – Татьяна Устинова, Ольга Володарская, Анна и Сергей Литвиновы, и др.

— Мя-ау!! Мя-а-ау!!! — Отважное существо кидалось на дерматиновую обивку, оставляя белые полосы, из которых торчал ватин.

На площадке послышались торопливые шаги, затем вдалеке хлопнула дверь, и наступила тишина.

Алла Германовна вытерла со лба холодный пот и потихоньку стала подниматься на ноги. Шейла как ни в чем не бывало терлась об ее колени и ласково мурчала, будто не изображала только что разъяренную фурию.

— Спасибо, дорогая моя, — пробормотала старушка. — Ты меня спасла. Да-да, спасла, это не преувеличение.

— Мррр, — томно проговорила Шейла и, подняв хвост трубой, направилась в кухню, намекая на то, что благодарность должна быть не только на словах, но и в пищевом эквиваленте.

— Сейчас, сейчас, — захлопотала Алла Германовна, — сейчас я дам тебе печенки… — Она сделала шаг в сторону кухни и… проснулась.

В окно ярко светило солнце. Шейла лежала на одеяле, в ногах, и сладко мурлыкала во сне. «Привидится же такое», — со страхом подумала Алла Германовна.

Она, кряхтя, встала с постели, обула теплые войлочные тапочки, вышла в коридор и застыла на месте: вся дверь была располосована когтями.

«Неужели это был не сон?» — Алла Германовна с ужасом смотрела на испорченную обивку. Кошка проснулась и, громко мурча, сновала взад-вперед по коридору.

— Шейла, значит к нам действительно кто-то лез ночью в квартиру? — спросила Алла Германовна.

— Мяу, — ответила та со знанием дела.

— Какой кошмар.

— Женщина запахнула халат и отправилась в ванную. Умывшись, она покормила Шейлу, сварила себе геркулесовую кашу и позавтракала. Еда ее немного успокоила. Алла Германовна подумала и позвонила внуку, Алексею.

— Алешенька!

— Да, бабуль.

— Беда, Алешенька. Ко мне ночью кто-то ломился в квартиру.

— Да ты что? — встревожится тот. — С чего ты это взяла? Ты не спала?

— В том-то и дело, что спала! И во сне видела, как все происходило. Меня спасла Шейла.

— Шейла?? Как кошка могла тебя спасти?

— Она кинулась на дверь, орала, царапалась. Я думала, мне это снится, но нет — так было на самом деле. Обивка вся разодрана.

— Ба, не дури. Никто к тебе и не думал лезть. Это твоя полоумная кошка ночью точила когти. Пора их подстричь. Я займусь этим, когда приеду к тебе.

Шейла, точно услышав слова Алексея, возмущенно мяукнула и одним махом запрыгнула на холодильник.

— Не бойся, дорогая, — добродушно усмехнулась старушка, — я не дам тебя в обиду. А когда ты приедешь? — спросила она внука.

— Да могу и сегодня. Посмотрю твою дверь, поработаю немного в тишине, а то дома предки достали, то и дело ссорятся и орут друг на друга.

Алексей жил с матерью и отчимом. Его покойный отец был сыном Аллы Германовны. Невестка после смерти мужа со свекровью отношения не поддерживала, в гости не ходила, не заботилась о ней. Она второй раз вышла замуж, родила дочь и полностью погрязла в проблемах новой семьи.

Все, что осталось у бедной женщины, — внучок, Алешенька, единственный свет в окошке. В момент смерти отца он был уже достаточно большой. Отучился в институте, устроился на приличную работу. Жениться не спешил, жил в семье у матери и с удовольствием навещал бабушку. Та его баловала, как могла, — то деньжат подкинет с пенсии, то любимое блюдо состряпает, то обновку справит. Алексей в свою очередь тоже в долгу не оставался — в квартире у бабушки все было в полном порядке: починено в срок, краны не текли, обои не отклеивались. Алла Германовна выделила внучку маленькую комнату в своей двушке, там стоял его диван, стол и ноутбук, за которым он часто оставался поработать. Мать с отчимом жили плохо, между ними часто возникали склоки, находиться там было тяжело. То ли дело у бабушки: и чистота, и порядок, и вожделенная тишина. А еще вкуснейшие блинчики, компоты да борщи…