Книга Лучший друг детектива, страница 41 – Татьяна Устинова, Ольга Володарская, Анна и Сергей Литвиновы, и др.

— Алешенька! — тихонько окликнула Алла Германовна.

Алексей вздрогнул и обернулся.

— Ба? Ты чего подкрадываешься? Я чуть инфаркт не получил!

— Ну прости меня, дуру старую, — виновато проговорила она. — Я только хотела сказать, что пирожки скоро будут готовы. Пойдем чай пить?

— Конечно, пойдем. — Алексей посмотрел на бабушку с улыбкой. — Я сейчас, сохраню работу и приду. Жди меня на кухне.

Через пятнадцать минут бабушка и внук мило чаевничали за столом, Алексей с приличной скоростью поглощал пирожки с большого круглого блюда и блаженно причмокивал языком.

— Дверь я заказал, завтра мастера приедут и поставят ее. Дадут четыре комплекта ключей.

— Четыре? — удивилась Алла Германовна. — Зачем так много?

— На всякий случай. Дверь-то железная, ее просто так не взломаешь, если что. Придется МЧС вызывать, а это дорого. Так что пусть лежат. А один я себе возьму.

— Конечно, Алешенька, — тут же согласилась Алла Германовна.

3.

Попив чаю, Алексей уехал по делам, а Алла Германовна вышла во двор подышать свежим воздухом. На лавочке ее уже ждала подружка, Серафима Ильинична. Алла Германовна тут же поведала ей перипетии минувшей ночи.

— Представляешь, Сима, сон мне приснился вещий. Будто лезет кто-то ко мне в квартиру, а моя Шейла кидается на дверь и шипит. Проснулась — так и есть, дверь расцарапана. Наверное, и правда кто-то хотел забраться, а кисонька моя услышала.

— Ночью, говоришь? — навострила уши Серафима. — В квартиру?

— Да, — испуганно подтвердила Алла Германовна. — А что?

— А то, что я знаю, кто это был! — одним духом выпалила подружка.

— Кто? — ахнула Алла Германовна.

Серафима придвинулась к ней вплотную и жарко зашептала в ухо:

— Сижу я, значит, вчера тут, никого не трогаю. Вдруг пьяницы эти идут, Петро и Захар. Один другого чуть не за шкирку тащит, глаза их бесстыжие. С самого утра наклюкались, аж ноги не держат. Тьфу. — Серафима смачно плюнула на асфальт под лавочкой.

— Ты не отвлекайся, Сима, — попросила Алла Германовна. — Говори, что дальше-то было!

— А дальше, слышу я, Петро говорит Захару: бабосы, говорит, нужны. Трубы горят, мочи нет. Надобно опохмелиться.

Алла Германовна в сердцах покачала головой.

— Вот ироды, прости их господи.

— Да не говори, — с готовностью поддержала ее Серафима и продолжила, слегка повысив голос: — Ну так и вот. Захар-то ему и отвечает: «Где их взять, бабосы?» А Петро-бесстыдник возьми и брякни: «Да в чем проблема! Ночью залезем к кому-нибудь да возьмем, что близко лежит».

— Так и сказал «залезем»? — не поверила Алла Германовна.

— Так и сказал, — подтвердила Серафима.

— Да как же это? Это ж воровство, грабеж! — она беспомощно всплеснула руками.

— А я про что! — Серафима нагнулась еще ниже к ее уху и, брызгая на нее слюной, забормотала: — А дальше — больше. Стали они гадать, к кому сподручнее вломиться. Вспомнили тебя!

— Меня? — вскрикнула Алла Германовна.

— Тебя. Дверь, говорят, у ней хлипкая, дома никого. Бабка уснет, мы к ней влезем и пенсию заберем.

— Вот паразиты! — Она почувствовала, как на смену страху и беспомощности приходит праведный гнев. Надо же, среди бела дня обсуждать грабеж, совсем совесть пропили, алкаши несчастные! — Вот я их! Я… я… я сейчас полицию вызову! Да их тотчас заберут, вот увидишь.

Серафима с сомнением покачала головой.