Книга Нежная ночь Ривьеры, страница 9 – Наталья Барабаш

— Ну уж нет. Все остаются на своих местах! – вдруг отчеканила Гусыня. И почему-то посмотрела на меня. – Номер был закрыт, сейф не взломан. Пусть полиция разберется, как это могло произойти!

— Фото! У тебя есть его фото? – Блогер Катя уже набивала что-то в телефоне.

— Фото преступника? – изумилась Гусыня.

— Нет, колье! Мне нужны подробности!

Я предпочла бы не знать никаких подробностей, но Машка встрепенулась, как охотничий пес, почувствовавший запах дичи.

— Сколько стоит такое украшение? – повернулась она к Гусыне.

— А вам зачем? – сощурилась та. – Весь вечер нас подслушиваете! Я же видела!

— Я журналист, – только и успела ответить Машка. В дверях появился полицейский – средних лет, полноватый, лысый, с усталыми карими глазами навыкате, он так медленно шел по залу, будто оттягивал момент встречи с потерпевшей. И точно, едва он приблизился, Гусыня начала истошно верещать про украденное колье, правда, о том, что его носила Мария-Антуанетта, умолчала.

— А! Еще у меня пропала сумочка с ключом от номера! Потом нашлась под столом!

Полицейский, вытирая пот со лба, помечал что-то в блокноте. Наконец оглядел притихшую за столом компанию и спросил у Гусыни:

— Почему вы оставили колье в чужом номере?

— Это не чужой номер. Я его оплачиваю. Павел мой помощник.

— Он знал, что вы положите ему в сейф колье?

— Нет, я его не предупреждала.

— Как долго оно там лежало?

— Я положила его перед ужином. Сама ввела код – Павел его не видел. Мы с ним вместе вышли и больше не расставались.

Павел скромно кивнул.

— Кто еще знал, что колье находится у вас в отеле?

— Все знали! – выпалила Гусыня. – Я объявила это как раз перед тем, как мы вышли на террасу. И вот они, – кивнула она на нас с Машкой, – тоже слышали. Катя, ты давно их знаешь?

— Давно, – бодро начала Катя. И, виновато посмотрев на нас, добавила: – Часа два…

К полицейскому подскочил официант и вежливо пропел ему на ухо:

— Вы не могли бы провести разбирательство в фойе? Это нервирует посетителей.

— Пройдемте, пожалуйста, со мной! – обратился к застольной компании страж порядка. И повернулся к нам с Машкой: – Вы говорите по-французски?

Мы говорили. Три года назад я познакомилась в тиндере с парижанином. И за шесть месяцев бурной переписки так подтянула второй иностранный язык, что даже сумела разобрать, какой этот парень унылое говно. Машка за компанию ходила со мной на курсы.

— Пройдемте тоже… – кивнул полицейский.

— Но нам должны принести десерт… – вознегодовала подруга.

— На десерт будет встреча с жандармерией! – улыбнулся ей уже поднявшийся с места Поль.

И эта улыбка примирила Машку с судьбой.

— Между прочим, у меня нет алиби, – шепнула я подруге, когда наша компашка тюремной цепочкой шагала под взглядами посетителей через весь зал. Впереди поступью командора маршировала Ирусик, замыкал процессию Длинный, скорбно свесив и без того унылый нос.

— Все ушли на перекур, а я сидела на пляже совсем одна…

— Но хоть кто-то тебя там видел?

— Нет. Но я видела Поля. Он разговаривал по мобиле со своей бабушкой.

— Отлично! – воодушевилась Машка. И тут же подскочила к саксофонисту, семенящему перед нами вслед за бедной Лизой.

— Можно вас на минуточку? Вы не могли бы подтвердить алиби моей подруги?

Поль аж притормозил.

— Алиби?