Онлайн книга «Гиблые земли»
|
Страх отступал, на смену приходили надежда и вера, горячая сила добра. Борис хотел порадоваться, сказать, что все получилось, они молодцы. Но посмотрел на Зинаиду и увидел, что это не она. Женщины, которая хранила огонь, не было. На полу сидела, глядя на Бориса снизу вверх, «бабушка Дарья» – мерзость, которую он видел в старом разрушенном дома. Наливающиеся хитрой злобой глаза, сморщенный провалившийся рот, черный язык, чулком сползающая с черепа разлагающаяся кожа, свистящий шепот. «Попался, внучек! И людишек с собой привел, чтоб нам сытнее было. – Тварь захихикала. – Не уйдешь, никто не выберется». Паника хлестнула по нервам, как пощечина. «А если вправду все так? Они поверили, пошли за мной на верную смерть… И ладно бы смерть! Это хуже смерти, это проклятие Нижнего мира, вечное скитание по гиблым землям». Но разве сам он не говорил минуту назад, что не-мертвые существа лукавы, что нет в них подлинной силы в нашем мире? Выходит, врал? Борис с усилием отвел взгляд от разлагающегося лица старухи, посмотрел на огонь свечи. «Смотри на свет. Смотри на свет. Свет всегда одолевает тьму, так происходит раз за разом. Всегда». Сердце забилось ровнее. — Все хорошо? – спросила Зинаида. Это снова была она. Лживая сущность, прикинувшаяся бабушкой, сгинула. Борис облизнул растрескавшиеся губы, ответил, что все в порядке. Стало теплее. Холод втянулся в стены, в комнате даже сделалось жарко. Четверо ребят, стоящих по углам, выглядели измученными, уставшими, но на лицах появлялись улыбки. — Убирайтесь отсюда, – сказал Ян, и Борис понимал, о чем это он. Чудовища, повинуясь неведомой силе, уходили прочь. Поворачивались и исчезали в углах-коридорах – тех самых, через которые и пришли из Нижнего мира. — Им нет места среди нас, – сказал Борис. Свеча тем временем разгоралась все увереннее, сильнее, ярче. Борис радовался этому: они теперь отлично видели друг друга, могли отогреться и… Пламя внезапно выросло и взметнулось ввысь – яркая вспышка, огромный оранжевый всполох. Маленький и робкий, похожий на укрощенного зверька огонек обрел когти и клыки, вцепился ими в руки Зинаиды. Женщина закричала от боли, отпрянула от огня. Катя, Рома, Ян и Лизавета подались вперед, желая помочь. «Нельзя! Останови их!» — Нет! – завопил Борис. – Больше ни шагу, прошу вас. Оставайтесь на местах, они того и добиваются, чтобы вы отошли от проходов! Ян замер, Лизавета и Роман попятились. Последней отступила Катя. Зинаида тихонько стонала от боли в обожженных ладонях. Пламя росло. Его нужно срочно погасить, а иначе дом (или сразу все дома) сгорит в считаные минуты. Дерево, вдобавок облитое бензином, вспыхнет – и люди сгорят заживо! Борис снял ветровку, желая сбить пламя, затоптать костер, который разгорался все ярче. — Скорее! – простонала Зинаида. – Погасите его! «Погасите». Какое правильное слово. Какое безнадежное… — Я не могу, – сказал он. – Им нужно, чтобы огонь погас! — А нам? – крикнула Катя. — Четверо будут сторожить тьму, двое – хранить свет. – Он посмотрел в наполненные болью глаза Зинаиды. – Простите, но я должен попросить. Вам больно, но хранители света сейчас вы и я. Эти ребята прогнали чудищ во тьму, мы не можем дать погаснуть свету. Пламя ревело, готовилось напасть, как голодный хищник. Столб огня поднимался все выше, жар становился невыносимым. |