Книга Неупокоенные, страница 47 – Альбина Нурисламова

«Муж предал меня!»

«Отдай свою боль. Оставь ее нам. Скажи, чего хочешь», – отозвались голоса.

Нина сказала. Мысленно произнесла, а после почувствовала, как земля под ногами завибрировала. Землетрясение? Но тут не сейсмоактивная зона!

Земля ходила ходуном, и Нина одновременно была напугана этим, точно в любой момент твердь земная могла разойтись и поглотить ее, нерадивую, но в то же время в ней рождалась вера, что все получилось, ее желание услышано, оно будет исполнено. На сей раз получится, как нужно. Как это было с Лизой.

Когда земля перестала дрожать, Нина вскочила и убежала с Пожарища. Все осталось позади – тихие шелестящие слова, звучавшие в голове, вкрадчивый шепот, давящее чувство, немота. Выбравшись на аллею, Нина услышала, что мир вокруг нее оживает.

Пожарище все-таки и вправду выжженное, мертвое место, подумалось ей. Хорошо, что все позади. Нужно попасть к людям, убедиться, что сама она жива! Стремительно сгущалась тьма, и Нина наперегонки с наступающей ночью неслась из Центрального парка к трамвайной остановке.

Ей хотелось домой.

Мысли о Валере и его предательстве навалились, когда она отпирала ключом дверь. Казалось, все в квартире чужое, напоминающее о подлой измене мужа, даже запах. Впрочем, ничего такого не было. И вещей Валеры не было тоже. Квартира принадлежала Лизе, досталась от рано ушедших родителей, так что муж (уже бывший) собрал вещи и отбыл к любовнице.

Пустые вешалки в шкафу, пустые полки. Исчезли ноутбук, кофемашина, кое-какие мелочи. Сердце Нины сжалось, она боялась, что начнет плакать, но ошиблась. Слезы иссякли на Пожарище. Боль поутихла, разве что ноги болели от быстрого бега.

Она распахнула настежь окна, приняла душ, попила чаю с печеньем и легла спать. Думала, не уснет, однако заснула и проспала до самого утра.

Следующая неделя принесла много новостей. Услышав их, Нина сжимала телефон в руке и улыбалась, если рядом никого не было.

Магия Пожарища все-таки сработала!

С тех пор прошло полгода.

В городе тут и там выросли новогодние елки, центральные улицы переливались огнями, и их яркость подчеркивала темноту дворов, спальных районов и боковых улочек. Зима выдалась морозной и снежной, снегу в декабре намело выше крыши, а январь и февраль по прогнозам должны быть еще более вьюжными и морозными.

Нина шла домой вымотанная, в прескверном настроении. Начальник весь день орал и придирался. Нина не успела пообедать, задержалась на работе и опоздала на автобус, поэтому простояла на остановке двадцать минут, продрогнув до костей. В магазине обнаружилось, что любимые творожные сырки кончились, а в кассу выстроилась очередь, поскольку толстая тетка, замотанная в платок, доказывала, что ей пробили кефир по цене ряженки.

А вдобавок дома ждал этот козел.

Если бы несколько месяцев назад Нине сказали, что она будет думать так об обожаемом муже, она бы тому человеку в лицо рассмеялась. Валера – свет в окне, умница и красавец, от которого Нина надеялась родить сына и дочь. Теперь не надеялась вообще ни на что. Глаза бы не видели этого урода.

Придя домой, Нина переобулась и прошла на кухню поставить сумки.

— Нинка! – раздался хриплый крик. – Где таскалась? Я, по-твоему, с голоду должен помирать? Ты знаешь, сколько времени?

Она не удостоила его ответом. В груди поднялось знакомое глухое раздражение. Муж продолжал жаловаться, Нина включила телевизор погромче и занялась ужином.