Книга Тьма внутри, страница 103 – Альбина Нурисламова

Саша не первый, с кем она пыталась встречаться, итог всегда одинаковый. А как хорошо начиналось! На этот раз Оксана даже подумала, что все может получиться, что проклятие, которое над ней нависло, ушло, рассеялось.

Они познакомились в кафе, куда Оксана забежала, чтобы спрятаться от начавшегося дождя. Забыла зонтик, хотела переждать. Заказала кофе с пирожным. Саша подошел к ее столику, попросил разрешения присесть. Познакомились, разговорились. Дождь давно закончился, а они сидели, пили вино, лакомились мороженым.

Через день увиделись снова, сходили в кино, прогулялись по набережной. Созванивались, обменивались сообщениями, еще раз увиделись… Оксана чувствовала душевный подъем и гнала от себя дурные мысли: все получится, надо перестать думать о плохом.

Но думай или нет, а плохое случается.

Оксана решила, что хватит им за ручки держаться и целоваться на бегу, можно вывести отношения на новый уровень, а потому пригласила Сашу к себе. Купила соблазнительное кружевное белье, выбрала красивое платье; долго вертелась перед зеркалом, укладывая волосы, и в итоге осталась довольна собою.

Все шло прекрасно: свечи горели, отбрасывая таинственные отсветы на лица, играла тихая музыка, Саша остроумно шутил и говорил, как Оксана красива сегодня. Она призывно улыбалась и смеялась воркующим смехом.

А потом…

Они сжимали друг друга в объятиях, его руки становились все настойчивее, а у нее внутри разгорался жар, и тут это случилось снова.

Как всегда.

Сначала Оксана почувствовала запах – каждый раз с этого и начиналось. Яркий, чувственный аромат – морская свежесть с нотками апельсина и еще чего-то древесного. Запах усиливался, бил в нос и не имел ничего общего с туалетной водой Саши. Он ничего не замечал, продолжая страстно целовать Оксану, но она уже запаниковала, в точности зная, что будет дальше.

Ее хватил ледяной холод, от которого все нутро вымораживается. На плечи легла тяжесть, будто кто-то положил на них руки, навалился сверху. Краем глаза Оксана видела справа от себя фигуру, закутанную в белое, – она стояла и смотрела на Оксану и Сашу, и девушка чувствовала тяжесть этого взгляда так же остро, как ощущала тяжесть ладоней на своих плечах.

Призрачный аромат усиливался, нарастал, становился непереносимым, удушающим; голову наполнил голос – он твердил раз за разом одно и то же все громче и громче, вгрызаясь Оксане в уши.

Она не выдержала, закричала, оттолкнула Сашу. Что было силы вопила, чтобы он убирался, оставил ее в покое. Это относилось, конечно, вовсе не к Саше, но он-то больше никого не видел, а потому принял слова на свой счет. Оксана едва успела увидеть его ошарашенное лицо, как ее вырвало прямо ему под ноги, и обида, изумление в его глазах сменились отвращением.

И все, был Саша да сплыл.

Никогда, никогда ей от этого кошмара не избавиться, не выйти замуж, не обрести женского счастья. А главное – винить некого, сама кругом виновата. Оксана прислонилась к стене и расплакалась.

Случилось все несколько лет назад, когда Оксана была совсем молоденькой, в одиннадцатом классе училась. Жила в небольшом городе, стоявшем на крутом речном берегу, готовилась поступать в институт, расположенный не здесь, а в областном центре.

Мать с отцом давно развелись. У матери был, как она выражалась, «друг», отец жил на другом конце страны с новой женой, однако принимал участие в воспитании дочери от первого брака, звонил, присылал деньги и обещал помочь снимать квартиру, если Оксана поступит в вуз.