Книга Тьма внутри, страница 15 – Альбина Нурисламова

Теперь Инна, конечно, была на пенсии. Жила в трехкомнатной квартире, каждое лето путешествовала, любила красиво одеваться, делала маникюр и модную стрижку. Хоть были ровесницами, Инна выглядела моложе сестры, которая себя, если честно, запустила.

Да и как не запустить? В отличие от Инны, на пенсии Лида дома не сидела, «по заграницам» не ездила, по салонам не ходила. Приходилось продолжать работать, денег-то вечно не хватало. Муж на инвалидности – сердечник. Зять учителем в школе, копейки получает. Дочь в декретном. И все впятером ютятся в двухкомнатной квартирке, которая Лиде от покойной матери досталась. Если внук капризничает, зубки режутся или еще что, так все в доме не спят, а утром Лиде на работу. Какая тут красота и покой?

Но Лида не жаловалась. И, в общем-то, довольна была жизнью. Здоровье не подводило, во всяком случае, не сильно беспокоило. Дети и внуки – это счастье. Муж хороший, спокойный, непьющий. Зять уважительный. А скоро внук подрастет, в садик его отдадут, дочка на работу выйдет, они с мужем вдвоем станут работать и, может, на ипотеку смогут замахнуться, съедут от родителей. Тогда Лида работать бросит, будут они с мужем отдыхать, в санаторий съездят или еще куда.

Сестры продолжали дружить, были близки, как всегда. Регулярно ходили друг к другу в гости, вместе отмечали праздники, каждый день созванивались. Инна давала денег в долг, не требуя скорого возврата, покупала сестре и всем остальным дорогие подарки, постоянно привозила гостинцы.

Все было бы хорошо, не помри тетя Тамара.

Тетя Тамара, мать Лиды и мать Инны были родными сестрами. Тамара – младшая. Незамужняя, одинокая. Матери Лиды и Инны умерли, а тетя Тамара, как она сама говаривала, никуда не собиралась. Но тут дело такое, собирайся или нет, а срок придет – и отправишься.

Умерла тетя Тамара, немного не дожив до девяноста лет. Грустное событие, но ушла она во сне, тихо, без мучений. Похороны Инна и Лида организовывали вместе.

— Все, Лидусь, вот и тети Тамары нет с нами, – сказала Инна. – Ни родителей, ни тетушки, одни мы с тобой друг у друга. Я имею в виду, что старших родственников нет.

Лида тихо плакала и кивала.

Девятый день прошел, сороковой. А потом пришло время про завещание теткино подумать. Все было без неожиданностей. Кроме «однушки» в спальном районе, у тети Тамары ничего не имелось, а квартиру она завещала своим племянницам, в равных долях (если обе на момент вступления в наследство живы, а если кого-то из них уже нет, то жилплощадь получает та, кто пережила сестру).

Как сказала Инна, по справедливости.

Лида сначала согласилась с этими словами, а потом, лежа ночью без сна и слушая вопли шестимесячного внука, передумала.

Какая же это справедливость? Ведь ей, Лиде, квартира, как ни крути, нужнее в сто раз! Инне-то она на что? Сестра и без того одна в хоромах, как барыня. А они на головах друг у друга, ни выспаться, ни отдохнуть пожилым людям. Как было бы хорошо, достанься жилплощадь Лиде! Она сразу же отселила бы туда дочь с зятем и внуком, а они с мужем зажили бы спокойно.

Чем дольше Лида думала на эту тему, тем более разумным все казалось. Однако она понимала, что прагматичная Инна, любящая, как сама говорила, цифры (а значит, и деньги) больше, чем людей, на такое не пойдет.