Книга Ты умрешь влюбленной, страница 55 – Юлия Лист

Отповедь подействовала на Ксавье на удивление отрезвляюще – он опешил, на мгновение его лицо вытянулось, будто у ученика, которого отчитали у доски. Все-таки этот тип не тот, за кого себя выдает. Есть за внешней бравадой страхи, слабости или поступки, о которых он говорить не хочет.

— Что вы хотите знать? – уже спокойней спросил он и бросил на Веру взгляд, в котором скользнула мольба. Это было настолько крохотное микровыражение, что еще полгода назад Вера бы не придала ему значения. Но с тех пор, как она стала изучать психологию лжи, тренироваться на специальных программах с видео и аудио рядом, в которых демонстрировались тонны микровыражений и актерами, и простыми людьми, она считывала их довольно легко. Порой ей даже досаждал такой навык. Ну кому интересно, что скрывает продавщица в обувном или сосед по лестничной клетке, начиная что-то о себе рассказывать? А врали все! Наблюдать это повсеместно было, мягко говоря, утомительно.

— Я бы все же хотела поговорить с вами о детской травме вашего брата, – вежливо попросила Вера.

— Хотите знать, он ли скинул со скал ребенка? – не удержался от шпильки Ксавье.

— А как вы считаете?

— Я не знаю. Меня тогда и в помине не было… – начал он и повернулся к секретарше: – Идите, Марго. Я закончу в кабинете. – Он склонил голову, вновь обратившись к Вере: – Прошу…

Рация в нагрудном кармане Марго заскрипела, и почти одновременно с этим звуком раздался стук каблучков по старинной лакированной лестнице.

— Можешь не отвечать, Маргарит, я уже здесь. – По залу с экспонатами старых мастеров пронеслось эхо приятного женского голоса.

Марго сунула рацию обратно в карман, и все обернулись к вошедшей высокой рыжеволосой женщине в кремовом пиджаке и темно-серых широких брюках, однако не скрывающих ее фигуру, а, напротив, подчеркивающих все изгибы красивого тела танцовщицы.

Вера тотчас догадалась, кто перед ними. Сильвия Боннар!

Прямые рыжие волосы, расчесанные на прямой пробор, она закладывала за чуть оттопыренные, как у японки, уши, минимум макияжа, на веках стрелки, которые способна нарисовать только колдунья, до того идеальными они были, в руке – маленькая сумочка Boarini Milanesi и золотистый айфон, на ногах – высоченные шпильки. Она словно плыла над полом. Но, несмотря на расправленные плечи и уверенные движения, в лице ее было нечто располагающее, приятное: улыбка – нежная, складки вокруг рта и поперек лба – трогательные. Ей было около пятидесяти, и она этого не скрывала, неся свой возраст с достоинством королевы.

— Добрый день, – проронила она, обращаясь ко всем сразу, но тотчас повернулась к Эмилю и с улыбкой коснулась его плеча. – Рада вас видеть. Как ваша сестра? Ей стало лучше?

— Да, спасибо. – Эмиль старался не быть грубым, но повел плечом, делая движение, будто сбрасывал руку Сильвии. Она деликатно сняла пальцы.

— Мой покойный супруг был очень вам благодарен за то полотно Брейгеля. На кону стояла его репутация, и вы ее спасли. Я надеюсь, что Зоя быстро поправилась. Она по-прежнему проводит экскурсии?

— Да.

— А вы, я полагаю, знаменитая Вера Максимова из Санкт-Петербурга. – С теплой улыбкой супруга Ардити протянула ей руку.

— Здравствуйте. – Вера сжала ее пальцы, отметив, что они горячие и сухие. Эмиль учил ее никогда не пожимать рук, не отметив при этом температуру и влажность кожи – это тоже может многое сказать о человеке. Например, если руки сухие – человек не испытывает стресса. Сильвия Боннар выглядела уверенной в себе женщиной.