Книга Разрушитель проклятий, страница 137 – Эмма Райц

Лее ужасно хотелось и повидаться с Валерием Николаевичем, и насладиться коллекцией его находок. Поразмыслив, она открыла чат с Андреем:

Сообщение даже спустя четверть часа осталось непрочитанным. Решив, что Андрей либо слишком занят, либо больше не горит желанием общаться, Лея отложила смартфон и, запретив себе грустить, полезла в кухонный шкаф за жасминовым чаем.

Внезапно телефон ожил и гулко завибрировал по столу входящим звонком.

— Алло, – придерживая его между плечом и ухом, Лея всыпала чай в небольшой френч-пресс и залила горячей водой.

— Только сейчас увидел сообщение, – раздался уставший хрипловатый голос. – Но ты вроде говорила, что не станешь наказывать меня…

— Ты не фанат искусства?

— Если только искусства войны.

— Понимаю… Ну что ж, не буду тебя неволить.

— Я не говорил, что не пойду. Когда за тобой заехать?

Лея довольно улыбнулась и размешала ароматный чай:

— В шесть?

— Договорились.

После секундного раздумья Лея добавила:

— В награду за скучный вечер я не стану лишать тебя десерта.

В ответ раздался благодарный смех:

— Ты чудо.

Воздушно-стеклянное здание галереи гармонично возвышалось над исторической улицей, добавляя ей каплю современного шика.

— Все будут думать, что ты пришла со мной… – странным голосом произнес Фенрир, хмуро осматриваясь по сторонам, пока они шли от парковки к галерее.

— А разве я иду туда не с тобой? – Лея удивленно вскинула брови.

— Ну… Немного не в этом смысле. Нас увидят вдвоем.

— В прошлую пятницу в «Бастардо» нас тоже видели вдвоем. Насколько я помню, тебя это не смущало. Что изменилось?

— Я бы не хотел, чтобы тебя восприняли, как… ну… – Андрей нахмурился еще сильнее.

— Твою очередную телку? – равнодушно промурлыкала Лея. – Думаю, всем плевать, с кем спит дочь усопшего президента.

— Мне не плевать. Потому что ты как минимум не телка.

Лея пожала плечами:

— Если кто-то спросит, просто скажи, что я твоя клиентка.

Фенрир поморщился, будто и эта идея была ему не по душе, и Лея вконец перестала понимать, что с ним творится.

В галерее царила приятная прохлада. Высокие светлые потолки добавляли помещению воздушности и захватывающего дух объема. Мягкое освещение позволяло с комфортом рассматривать экспонаты, наслаждаясь бокалом холодного игристого.

Придя с опозданием, Лея и Андрей одними из последних подошли к главной сцене, где Самохин уже заканчивал произносить вступительную речь. Фенриру нравилось стоять в заднем ряду и оставаться никем не замеченным. Оглядывая толпу, он мысленно обрадовался, что среди приглашенных не заметил ни одной из бывших подружек. В основном публика была чуть за тридцать и старше.

«Возможно, меня тут вообще никто не знает!» – размышлял он с облегчением, пока не зацепился взглядом за знакомый профиль и чуть не чертыхнулся вслух: в первых рядах стояла проклятая Ольга Островская, целиком поглощенная речью владельца галереи.

Повернув голову к Лее, Фенрир заметил, что она с видом настоящего ценителя безмятежно улыбается, скользя взглядом по перспективным полотнам современных художников.

— Думаешь, есть смысл прикупить тут что-нибудь? – шепнул Андрей.

— Даже не сомневайся. Валерий Николаевич не разменивается на хлам и безвкусицу. Каждая из картин в ближайшие десять лет подорожает минимум в три-четыре раза.