Книга Разрушитель проклятий, страница 23 – Эмма Райц

— Привет, – попытка изобразить невинно-жизнерадостный голос позорно провалилась, отозвавшись не свойственным Лере писком.

Денис открыл глаза и забавно усмехнулся:

— Долго едешь, я с обеда жду.

Пики хотела было оправдаться, но, открыв рот, в итоге коротко произнесла:

— Прости.

Морок протянул ей ладонь, и Лера коснулась ее прохладными пальцами, присев на край койки.

— Все в порядке? Как твоя щека? Запястья?

— Нормально, заживают. Но я ужасно устала… – Не выдержав, она опустила голову и улеглась спиной к Денису, крепко обняв его за предплечье и уткнувшись носом в короткий рукав больничной пижамы, из-под которого по коже до самого запястья расползалась сложная татуировка. Линии показались Лере непривычно четкими и ярко-черными. Она сильнее сфокусировалась на рисунке и спросила: – Освежил недавно?

— Прямо перед Китаем, – Морок, прижавшись щекой к ее макушке, выдохнул ответ в шелковистые волосы Пики. – Кажется, я задолжал тебе отпуск. Без людей, шума и нервяков…

— Как только поставлю точку с «Фениксом».

— Точку? – мышцы Дениса напряглись, и он неосознанно сжал пальцы Леры.

— Да. Я решила уйти. Хотела потерпеть еще пару лет, но поняла, что хватит. Мой дозор окончен.

— Нет, погоди. – Морок приподнялся и выпрямил спину. Перед глазами все поплыло, но через несколько секунд он снова сфокусировался на лице Пики: – Только не сейчас. Не перед выборами президента. Подожди хотя бы год.

— Нет, Денис, – уже зная, как все сложится в ближайшие месяцы, Лера уверенно качнула головой. – Я все решила.

— И кто будет вместо тебя? – Морок свел брови, с трудом гася внутреннее раздражение. – Макс? Свят? Ты же сама говорила, что они не потянут.

— Ты? – в усталых голубых глазах всколыхнулось пламя отчаянного веселья. – Раз уж ты у нас теперь тунеядец…

Лера была мысленно готова к отказу, помня, с каким настроением Денис покинул «Феникс» много лет назад, но рискнула последовать совету Одина.

— Ты правда хочешь, чтобы я вернулся? – Морок вопреки ее ожиданию остался серьезным и будто бы даже задумался над этой идеей.

— Я тебя не принуждаю. Просто перебираю доступные реалистичные варианты. Если честно, я до последнего надеялась на Андрея. И он вроде как даже взялся за ум, но теперь…

Денис зажмурился, вспомнив причину, по которой оказался в госпитале. С одной стороны, он хотел понять, что произошло в «Фениксе». С другой – в этот конкретный момент шевелить мозгами после операции было втройне тяжелее. И все-таки, преодолев болезненную усталость, он задал вопрос:

— Расскажешь, как так вышло?

Изо всех сил надеясь, что этот разговор случится не сегодня, Лера подсознательно чувствовала над собой дамоклов меч. С трудом сглотнув, она опасливо кивнула и неспешно, тщательно подбирая слова, начала рассказ с момента первого покушения Златы.

Макс с четверть часа стоял в спальне, наблюдая за пьяным сном сына. Андрей лежал поперек кровати в позе звезды, и только по еле вздымавшейся от дыхания груди было понятно, что он живой.

Давыдов-старший тоже ощущал чрезмерный хмель, но запитые полчаса назад таблетки скоро должны были вернуть трезвый разум. Пока же голова оставалась мутной не только от крепкого алкоголя, но и от рассказа сына о Злате.

Фенрир уже в пьяном полубреду поведал ему и об их эмоциональных спорах после допроса в логове Черномора, и о том, как однажды он в бешенстве заставил рыжую бежать по морозу в одном платье, и о том, как напрасно разозлился на нее восьмого марта. О перестрелке и ранении Златы на охоте за перекодировщиком. О двух месяцах в Калининграде. О странных вещих снах.