Книга Воскрешая прах и пепел, страница 98 – Эмма Райц

— Ясно. – Она уныло водила пальцем по слегка запотевшему окну.

— Нет, правда. Как-то незаметно успел привыкнуть к тому, что дома кроме меня живет очаровательная любительница современного искусства… Молчаливые вечера, знаешь ли, не располагают к хорошему настроению.

— Как же ты, бедный, жил до встречи со мной?

Волохов соблазнительно хрипло рассмеялся:

— Крайне порочно. Кстати. Звонил Ярослав. Спрашивал, где я потерял жену, и приглашал на ужин завтра. Ты успеваешь?

— Да. Я буду в Москве к полудню.

— Тебя встретить?

— О… Ты сам приедешь на вокзал?

— Могу даже разжиться букетом ради такого дела.

Софи вздохнула, чувствуя себя обманщицей… Обманщицей, которую обманули.

— Нет, давай без букетов.

— Как скажешь.

— До завтра.

То ли из-за недельного недосыпа, то ли из-за очередного разочарования, то ли из-за уютного покачивания вагона Софи клонило в сон. Она переоделась, забралась под одеяло, но долго пыталась найти удобную позу, прежде чем провалилась в грустный туманный сон.

* * *

— Хм… Провинция как-то не освежила тебя, а подействовала хуже Москвы.

— Я тоже счастлива тебя видеть. – Софи иронично усмехнулась, с внезапным наслаждением поймала легкий поцелуй Даниила в висок и рухнула на переднее сиденье «Лексуса».

После поезда она все еще чувствовала себя на троечку. Голова была мутной, спина ныла, даже дышалось не очень комфортно.

— Домой?

— Ага. Я как раз смою с себя запах железной дороги и буду готова к веселым семейным посиделкам.

* * *

— Здравствуй, милая. – Ярослав с внезапной отцовской нежностью обнял Софи за плечи.

— Привет, пап.

Даниил пожал ему руку и отключил звук на телефоне:

— Ничто не должно отвлекать нас от семейного застолья.

— Ой, хорош издеваться, а? Старик снова довел мою жену, и она укатила в Париж лечить депрессию очередным шопингом и молодым вином.

— Снова будем вчетвером?

— Да. Проходите…

Софи с легким страхом непроизвольно взяла Волохова за руку.

— Переживем… Час препирательств – и мы свободны еще на пару месяцев.

— Дурацкая пытка.

Яков, как и всегда, недовольно восседал во главе стола:

— Могли бы и почаще наведываться в отчий дом.

— И вам добрый вечер. – Даниил уже предчувствовал то сомнительное наслаждение, с которым устраивал препирательства с этим бессмертным стариком на каждом совместном ужине.

Почему-то Якову нравилось спорить с Волоховым. Он делал это с неизменной дьявольской ухмылкой, каждый раз проигрывал в аргументах, сипло смеялся и удалялся к себе. После чего все с облегчением выдыхали.

— Почему Софья уезжала одна на целую неделю?

— Мои обстоятельства в последний момент резко изменились, и я не смог присоединиться к ней.

Яков прищурился:

— Врешь как дышишь.

— Вы уверены, что хотите в очередной раз проиграть в словесном бою?

— Я уверен, что вы решили, будто мне больше нечем заняться, кроме как годами ждать правнуков.

— Отец! Я просил не поднимать эту тему!

Но Яков был непреклонен:

— Полгода прошло со дня свадьбы. И ни намека на ваше крайне острое желание строить настоящую семью! Один в офисе пропадает, вторая шляется по провинции в одиночку. Я не собираюсь это терпеть.

— Да вы что… И какие санкции примените на этот раз?

— Блин, Даниил! Ну ты-то куда… – Ярослав неизменно чувствовал себя не в своей тарелке на подобных ужинах. С одной стороны, он после каждой второй фразы отца испытывал испанский стыд, с другой – переживал, как бы Волохов не перегнул палку и не довел старика до приступа.