Книга Во вражьей шкуре, страница 8 – Александр Карпов

К вечеру, когда темнота только начинала опускаться, автобус, сделав еще пару остановок по пути, во время каждой из которых салон пополнился новыми солдатами-пассажирами, въехал в ворота и пересек КПП некой воинской части, окруженной густым сосновым лесом, и остановился на ее территории.

— Выходи строиться! – рявкнул на бойцов сопровождающий и строгим взглядом подбодрил всех и каждого, кто находился сейчас под его временным руководством.

— Становись! – звучно раздалась команда, и словно ниоткуда появился высокий и худой старшина в длиннополой кавалерийской шинели.

Покинувшие только что автобус солдаты стали привычно занимать место в общем строю на плацу, окруженном несколькими одноэтажными бревенчатыми зданиями, в которых легко угадывались типичные для любой небольшой по размеру воинской части штаб, кухня-столовая, казарма, баня, общежитие командного состава и прочие постройки. Перед строем вскоре появились три человека. Двое были облачены в комсоставское обмундирование. Один из них со знаками различия майора-пограничника, а второй – старшего политрука-пехотинца. Третий, что стоял с ними рядом, был явно военным довольно высокого ранга, никак не меньше, чем полковник, как определил Максим, разглядывая его. Но облачен он был в гражданскую одежду, сидевшую на нем довольно строго, словно самая обыкновенная военная форма. Под пальто угадывался френч защитного цвета с отложным воротником. На голове папаха, а на ногах хромовые сапоги.

После короткого воинского приветствия именно этот человек взял слово, для чего вышел вперед.

— Товарищи солдаты и сержанты, – громогласно начал он, хмуро оглядывая прибывших. – Вы прибыли для прохождения дальнейшей вашей службы в специальном подразделении, которое подчиняется непосредственно Генеральному штабу Красной армии. Поэтому здесь тщательно соблюдается особая секретность. На этом основании прошу вас ее строго придерживаться. Во всем слушать своих командиров. Лишних вопросов не задавать. То, что вам необходимо будет узнать, вам все потом скажут и покажут. Вы пройдете необходимый инструктаж.

Он обвел взглядом строй и сделал шаг назад, уступая место старшему политруку.

— Товарищи бойцы, – начал тот. – Из соображений повышенной секретности вам запрещается знакомиться и общаться между собой. Немного позже вы и сами поймете, почему такое требование. Ни имен, ни фамилий, ни рода занятий, ни происхождения, ни возраста ни у кого не узнавать. Общих проблем не обсуждать. Пресекать всякие разговоры. Молчать, молчать и молчать. К нарушителям будут применены меры строгого дисциплинарного характера. Наговориться успеете, когда придет время. А пока придется потерпеть.

Максим немало удивился всему сказанному. В госпитале он уже дал подписку о неразглашении. Сейчас ему стало понятно – почему. Воинская часть, в которую он попал волею судьбы, была строго засекречена, находилась в глубине какого-то непроходимого густого леса и подчинялась напрямую Генеральному штабу армии. Это было очень удивительно для него. Но перечить и возражать он не смел. В его положении это не допускалось. Да и сам он уже привык к армейским порядкам. К тому же даже немного радовался, что попал не в действующую воинскую часть, прямо на передовую, к чему уже мысленно готовился и настраивался, а остался на какое-то время в тылу. Вот только для чего именно и надолго ли – он, как и остальные солдаты в строю, не знал.