Книга В сердце войны, страница 117 – Александр Карпов

— Оправиться, привести себя в порядок! Привал десять минут!

— Ничего, малый, –  тихим голосом говорил Вите рядовой Сафронов, –  на войне всегда и везде так. Не выложишься полностью, значит, не выполнишь боевой задачи и подведешь своих товарищей.

— А на старшего сержанта не серчай, –  опустился на траву рядом с Витей второй боец. –  Он хоть и требовательный, но все понимает.

— На, водички попей, –  Сафронов протянул Вите солдатскую флягу. –  Мы сейчас с ребятами чуть помедленнее пойдем, чтобы ты не отставал.

Он поправил на голове мальчика пилотку и помог ему подняться.

— Как Крылов во главу колонны убежит, я у тебя лопату заберу, –  боец с улыбкой посмотрел на ребенка.

— Не надо, я сам, –  неожиданно для него ответил Витя и поднял с травы лопату, –  я не могу подвести отца.

Сафронов и стоявший рядом с ним солдат открыли рты от удивления.

— Подъем! Подобрали сопли! Бегом! Марш! – прогремел командный голос старшего сержанта. –  Рядовой Осокин, не отставать.

Когда все тронулись, он приблизился к Вите и негромко начал говорить ему почти в самое ухо:

— Дыши ровнее и глубже. Я темп чуть снижу, чтобы тебе легче было.

Мальчик ничего не ответил, но стал расправлять плечи и глубоко и с шумом дышать. Крылов протянул к нему руку и ухватил черенок лопаты. Витя, поняв его намерения, дернул инструмент на себя, не уступая командиру. Тот отпрянул, оценив упорство нового подчиненного, и ускорил бег, чтобы поравняться с рядовым Сафроновым, что бежал впереди мальчика. Взглядом и жестом он запоздало дал понять тому, чтобы он следил за Витей и помог ему в случае чего. Боец кивнул.

— Ну как ты, малый? – спрашивали мальчика по очереди солдаты, когда они остановились на очередной привал, а помкомвзвода удалился в ближайшую землянку, вход в которую преграждал часовой с винтовкой в руках.

Витя кивал в ответ, не в силах ответить из-за сбившегося дыхания, и вытирал пот с лица пилоткой.

— Что ж он так его загонял? – возмутился Сафронов. –  Малый без году неделя у нас, тощий как жердь, а он его в марш-бросок, да еще на несколько километров. Неужели нельзя было подождать хотя бы недельку. Подкормился бы пока. А потом уж…

Постепенно под взглядами жалеющих его солдат Витя стал приходить в себя. Дыхание его выравнивалось. Он поднялся на тяжелые после марша ноги и поправил на себе одежду, показывая всем, что находится в полном порядке. Заметив это, бойцы стали успокаиваться, в душе одобряя характер мальчика.

— Крылов идет! Встать! Смирно! – сначала тихо, а потом командным голосом произнес один из них.

Все встали, приветствуя старшего сержанта и идущего рядом с ним офицера из другой части. Проходя вдоль строя, тот остановился возле Вити и растерянно посмотрел на него, не ожидая увидеть столь малолетнего солдата. Указав на него жестом, офицер спросил Крылова, не в силах спрятать улыбку на лице:

— А это кто у вас?

— Из последнего пополнения, товарищ лейтенант. Ему еще восемнадцати нет, –  бодро ответил старший сержант, вызвав громкий смех у всех, кто был возле землянки, включая часового, тоже заметившего мальчика в солдатской форме.

— Ну и юмористы вы, товарищи связисты, –  смеясь, ответил ему офицер, продолжая разглядывать Витю, который тоже хохотал вместе со всеми.

Удалившись с ним, через некоторое время Крылов вернулся, подошел к Вите, снял с его головы пилотку и вложил в нее свернутый литок бумаги.