Книга В сердце войны, страница 51 – Александр Карпов

— Наша!

После чего мальчик выбросил на землю из карманов пальто только что подобранные на земле гильзы.

— Ты что делаешь? – возмутился Леха, не понимая неожиданного действия своего друга.

— Это не наши! Это немецкие! Брось их и не подбирай! – Витя смотрел прямо в глаза товарищу.

Тот, медленно поднявшись, стал резко сбрасывать на землю свою добычу, не привычно для себя подчинившись другу и по-детски понимая, что в данный момент Витей руководило самое настоящее чувство патриотизма.

— Возьми эту, она наша, –  мальчик протянул Лехе подобранную на земле гильзу с выступающей закраиной, –  точно тебе говорю.

Они оба стали рассматривать находку Вити.

— Как думаешь, пуля от нее кого-нибудь из немцев убила? – спросил соседский мальчик.

— Хотелось бы! – вполне по-взрослому ответил Витя.

Они вышли на перекресток своей улицы и соседней. Картина этого места не сильно отличалась от той, что ребята уже видели недалеко от дома. Несколько воронок, поваленные заборы и изгороди, сгоревшие строения, покрытый копотью остов лежащей на боку разбитой грузовой машины.

— Пойдем поближе посмотрим, –  предложил Леха.

— Нет, давай лучше Цыгана найдем. Тут дом его тетки, –  ответил Витя и отправился на поиски старого друга, который после убийства гитлеровцем матери переехал с сестрой к родственнице.

Мальчишки миновали три высоких раскидистых дерева, служивших ориентиром, по которому они определяли деревянный дом тетки Цыгана. Прошли еще несколько шагов, удивленно рассматривая несколько разрушенных и сожженных домов, и вдруг Витя остановился как вкопанный. Его глаза заскользили по когда-то стоявшим на улице жилым постройкам и тому, что от них осталось.

— Цыган! – вскрикнул он. –  Цыган!

Он дернулся в сторону обуглившихся бревен и торчавшей черной от копоти кирпичной трубы. Среди развалин виднелись только остатки разрушенного огнем домашнего скарба, который уже ни на что не годился. Как памятник висела на воротном столбе драная телогрейка, рядом валялся на земле расколотый чугунок. Вход на двор перегораживало поваленное дерево с обгоревшей кроной.

Мальчики замерли на месте. Они встали неподвижно, глядя на развалины, как в пустоту.

— Пойдем отсюда, –  очнулся первым Леха. –  Цыгана тут нет.

Витя побрел за другом, оглядываясь на пепелище в надежде на то, что вот-вот увидит своего товарища, который внезапно появится и будет привычно сиять своей улыбкой на смуглом лице, за которое и получил от ребят свою приметную кличку.

Они отправились к школе, в которой учились, решив посмотреть на нее, но едва миновали первый же поворот, как наткнулись на немецких солдат, стоявших возле одного из домов на углу улицы. Один из гитлеровцев отделился от группы своих сослуживцев и, направившись к ребятам, стал отгонять их взмахами руки. Витя и Леха сразу подчинились ему и ушли в сторону с намерением обойти это место по соседней улице. И, лишь сделав несколько шагов, Витя заметил появившуюся из-за бесформенной груды камней небритую голову в грязной, выгоревшей еще под летним солнцем пилотке. Голова появилась и снова скрылась. От того места, где она замелькала, полетели с равными интервалами времени камни.

— Опять пленные солдаты работают? – с горечью и обидой в голосе спросил Витя друга.

— Похоже на то, –  ответил Леха, –  прямо как те, что возле нас траншеи копали.