Книга Солдатский крест, страница 89 – Александр Карпов

— Товарищ Окунев, – обратился Валентин к командиру во время последнего в тот день привала, когда вся группа остановилась на ночлег в лесном овраге, – почему вы согласились совершить нападение на лагерь военнопленных? Ведь вы заранее предполагали, что там охрана численно нас превосходит.

— Верно говоришь. Знал, – немного подумав, ответил тот. – Только на нашей стороне была внезапность, опыт, сила, быстрота и хороший стрелок для прикрытия.

Валентин постарался спрятать улыбку, услышав похвалу в свой адрес. Немного подумав, он решил докопаться до сути дела, в котором сам принимает участие в составе хорошо подготовленной группы разведчиков. Следуя по пятам за ее бойцами, он все больше думал о том, что Окунев со своими подчиненными занимается чем-то более важным, чем освобождение пленников. Он обязательно имеет какое-то особое задание от своего командования. До сих пор ему, простому солдату Красной армии, никто ничего не сказал. Ни одним намеком не была обозначена конечная цель, не названа боевая задача. Но дни, проведенные в составе группы, наблюдение за немногословными ее бойцами, взаимоотношения между которыми строились на полном доверии друг к другу, на условных знаках и жестах, на верности общему делу, давали понять Валентину, что он просто еще ничего не знает из-за секретности задания.

— Какой у вас приказ, товарищ Окунев? Какая у вас цель? – настойчиво спросил он снова у командира.

— Ладно, – обвел тот глазами Горелова и Павлова, словно обращался к ним, а потом повернулся к Валентину: – Пора тебе все знать. С нами ты слился. Науку нашу перенимаешь в боевых условиях. Если выберемся, зачислю тебя в наш отряд.

Молодой солдат сосредоточился на словах Окунева. А сидевшие рядом у разведенного костра Горелов и Павлов промолчали, одними лишь взглядами одобрив намерения командира поведать молодому бойцу тайны их группы.

— Задача наша требовала выполнения ее под самым носом у врага. В тех местах, куда мы следуем, немец тогда еще наступал. А сейчас там у него глубокий тыл. Это значит, что плотного движения войск у него там нет. Есть только вспомогательные части и охраняемые линии снабжения по дорогам. Плюс лагеря, тюрьмы, комендатуры, ремонтные подразделения и склады. А пока там фронт проходил, нам там делать было нечего. Командование это знало. Но медлить не стало. Мне было поручено приступить к выполнению главной задачи по мере готовности. Ориентироваться приказали сообразно обстановке. В качестве помощи я мог привлекать к делу местные кадры. А это партизаны. Только их тогда тут еще не было. Пришлось помочь создать такой отряд на временно оккупированной территории. Председатель сельсовета Михаил Андреевич как раз на это дело подошел. Он в Гражданскую с деникинцами воевал, опыт имеет. Дней двадцать мы с ним пробыли. Помогли с созданием отряда, с организацией базы. Оружие кое-какое брошенное по лесам собрали. Пару успешных вылазок сделали. Дело у него немного пошло. Если выберемся, то передадим координаты их местоположения в главный штаб партизанского движения, чтобы осуществлялось снабжение отряда. Оружие им подкидывали по воздуху, боеприпасы, медикаменты, продукты питания, взрывчатку, людей, подготовленных к диверсионной работе.

Окунев поворошил палочкой угли в костре и продолжил: