Книга Страх и голод 3, страница 94 – Константин Федотов

— И что, зомби больше нет в деревне? – уточнил у него Макс.

Да откуда им тут еще взяться? Место больно глухое, деревня и так загибалась, тут на постоянке жило-то пять десятков человек, и все старики, я тут самым молодым был, а мне так-то пятьдесят пять лет! До города, считай, почти пятьсот верст, да и деревень поблизости нет, неоткуда тварям сюда идти. – пояснил он. – Я понимаю, вы в пути не первый день, даже думать не хочу, чегось в мире творится. Доверять всем и каждому негоже, вы коли дальше ехать хотите, езжайте, но за проезд проставиться не помешает! – пригрозил он нам пальцем. – Можете осмотреться тут, хотите дом любой займите, кроме соседского. – указал он на противоположную покосившуюся избушку. – Там в кровище все, его бы сжечь по-хорошему, больно сильная бойня произошла.

Дед вроде бы был искренним, следов пребывания других людей не видно, следы, которые удалось рассмотреть, принадлежали только ему и Жучке. Переглянувшись друг с другом, все согласно кивнули, но все же решили бдительности не терять и осмотреться вокруг.

— Тезка, подскажи, а баня-то у тебя есть? – спросил у него Михалыч.

— А як же! – гордо ответил летчик. – Но за баню проставиться придется, а коли коньячку найдешь, я и веничков сыщу, березовых, дубовых и даже пихтовые имеются. – начал заманивать он нас.

— Ну ты плут старый, знаешь, чем заинтересовать путников. – хохотнул я.

Макса я оставил за пулеметом, а сам быстро спустился в кабину и, схватив автомат, выпрыгнул на улицу и зашагал в сторону дома.

— Что, десантура, что ль? – спросил у меня Гаврилыч, разглядев тельняшку.

— Так точно. – согласно кивнул я.

— Уважаю, не раз вашего брата на работу возил, да и с парашютом бросал. – улыбнувшись, сказал он и пожал мне руку, а перегар от него был такой, что хоть стой, хоть падай, мне показалось, что я и сам соточку бленькой опрокинул.

— На чем летал то? – уточнил я у него.

— Да много на чем, начинал на МИ-8, потом пересел на МИ-24, а закончил на МИ-26. – гордо заявил он.

— О как, серьезная техника. – удивился я. – Ты не против, я быстренько осмотрюсь, раз ты вояка, то все понимаешь. – по-доброму спросил я у него.

— Да ради бога, милости просим. – указал он рукой на калитку.

Я быстро вошел на территорию двора и увидел во дворе следы от тех самых продарочков на земле в виде небольших воронок от взрыва гранат и множества осколков, торчащих из бревенчатой стены дома. Также тут стояла старенькая Нива со спущенными колесами, так как ей тоже досталось осколками. Внимательно глядя на следы, я не заметил ничего подозрительного, и, войдя в дом, тоже, все было чисто, убрано, а на кухонном столе стояла початая бутылка водки, одна рюмка, открытая банка тушенки, банка с солеными огурцами, а в углу на полочке стоял полный граненый стакан с коркой хлеба.

Вернувшись на улицу, я увидел, как Михалыч угощает тезку сигаретой и расспрашивает у того, не растерял ли тот навыки пилотирования. И точно ведь он летчик, а добраться по небу до пункта назначения куда более безопаснее и быстрее.

— Все чисто! – громко сказал я.

— А ты что думал? Засаду я на вас устроил? – хохотнул Гаврилыч, затягиваясь сигаретой. – Ты в каком мире живешь, салага? Я бы фугасик прикопал бы в дороге и жахнул бы издалека, вот и вся засада. Больно надо таких крокодилов сюда подпускать. – указал он пальцем на КАМАЗы.