Книга Страх и голод 4, страница 33 – Константин Федотов

— И что, узнал-то полицай этот, откуда ноги росли? – уточнил у меня Сапсан.

— Думаю, да, но кто именно, наверное, нет, дело ведь со стрельбой было, все серьезно. Но мы форму потом кое-как смогли подменить, комбату пришлось все рассказать, но он мужик нормальный, вошел в положение, правда, денег с нас содрал – мама не горюй. – ухмыльнувшись, ответил я.

— Сержант Скайнету! – вдруг ожила рация командира.

— На связи. – сразу же ответил он, и все замолчали.

— Тут хрень какая-то творится, в сторону базы зомби строем идут, их тут тысячи! – взбудораженным голосом заявил Скайнет.

— Принял! Быстро к нам! – ответил Сержант, поднимаясь на ноги с зеленой травы. – Ну что, сами все слышали, операция «Шашлык» отменяется. Мясо в машину, сами тоже. Ждем наших и едем домой. – окинув нас взглядом, дал команду он.

— Что ни день, то новая хренотень! – сплюнув на землю, заговорил рифмой Хобот.

— Это точно, согласился Сапсан.

Ил

На улице было сыро, холодные порывы влажного ветра продували насквозь, а я, не обращая на это внимания, присел на покрытый ржавчиной рельс железнодорожного пути и устремил свой взор в небо. Темнота, абсолютная темнота, ни звезд, ни луны, только клубящаяся тьма из темных туч, застилающая небосвод, – это все, что я видел, предаваясь размышлениям о жизни и смерти.

Не сказал бы, что я боюсь умереть, ведь шагнув вслед за костлявой старухой, мне наконец-то откроются тайны мироздания, если таковые имеются, а может, я просто усну вечным сном. Но если уж умирать, то, как говорится, с музыкой, просто сдохнуть в канаве каждый сможет, а хотелось бы так, как Степановна, чтобы тебя запомнили, но сделать это будет не так-то просто, особенно в компании собаки и психованной дамочки. Да и вообще, чего это я умирать собрался? Я еще молод, силен и красив, не дождетесь! Я еще всех переживу!

— Чем занят? – послышался за спиной голос Михалыча.

— Да так, звездами любуюсь. – не оборачиваясь ответил я, а после сделал глубокую затяжку сигаретой и щелбаном запустил окурок во тьму, бычок ударился о небольшой столбик, торчащий из земли, и, разбив уголек на десятки оранжевых искорок, упал на землю, издав едва слышное шипение от соприкосновения с влажной почвой.

— Звездами? – ухмыльнулся старик. – Так не видно же ни зги!

— Ага. – кивнул я. – Что хотел то?

— Поговорить, узнать, как твои дела? – как-то по-доброму, заботливо, словно по-отечески произнес Михалыч.

— Все норм, жив, цел, орел. – ответил я, вспомнив старый мем.

— Ладно, не буду ходить вокруг да около, тем более я вижу, ты не особо настроен на диалог. Есть предложение, как насчет того, чтобы поехать с нами? – прямо предложил он, присев рядом со мной.

— Куда? – все же повернувшись в его сторону уточнил я. Хотя лица Михалыча в темноте видно не было, лишь очертания силуэта, благодаря тому, что из депо пробивались лучи света включенного прожектора.

— Туда. – недовольно фыркнул Михалыч. – Появился у нас тут один план, твоя помощь не повредит. – добавил он.

— Полетать решили? – ухмыльнулся я.

— Как ты догадался? – изумился он.

— А чего тут догадываться-то? Я же псих, а не идиот! С тобой в кабине ехал не менее, а то и более древний мужик в армейском летном комбезе, да еще и в пилотке. Тут не нужно быть гением, чтобы догадаться. А вот ты тупите и не слабо, неужели опыт Гены вас ничему не научил? Его уже дважды на аэродроме чуть не сожрали! Или думаете, на третий раз повезет? И это еще не учитывая посадку. – скептическим тоном уточнил я.