Книга Страх и голод 4, страница 91 – Константин Федотов

— Да где же эти дурацкие ключи! – в сердцах выругался я, и тут меня осенило. – М-да, неужто они у мертвеца в кармане лежат? – скуксившись от предстоящих действий, вслух высказался я.

Делать было нечего, взяв пару перчаток, нож и длинную вилку, я, скинув одежду, сошел на берег, а после отправился к трупам. Оттолкнув труп девушки в сторону, я, задержав дыхание, присел на корточки рядом с мужчиной, вилкой я откинул пистолет в сторону, а затем полез ей в его карман. Мухи летали всюду, пытаясь присесть на меня, но я отгонял их свободной рукой. По телу мертвеца всюду были видны тысячи опарышей, что развлекались в тухлой плоти. Мне больших усилий стоило сдерживать рвотные позывы. Рот вообще было страшно открывать, вдруг в него залетит муха. Карманы как назло, словно слиплись и не хотели открываться, и как бы я ни старался пробраться в них вилкой, ничего толком не выходило. Разрезать штаны ножом тоже не получалось, плоть просто прогибалась под лезвием, а еще на штанах проступала влага.

— Твою-то мать! – выругался я, отскочив от трупа, понимая, что придется лезть в карманы руками.

Быстро сбегав на катер, я взял футболку и обмотал ее вокруг лица, затем, обратно надев перчатки, я вернулся к трупу и полез в его карманы. Мухи жужжали вокруг, садясь мне на спину и ползая по ней. Это было максимально неприятно, ведь я видел, откуда они взлетают. Собрав волю в кулак, я залез рукой в один карман, но там была лишь зажигалка. Тогда я полез в другой и что-то там нащупал, и кажется, это как раз был ключ. А еще в кармане было сыро, что аж перчатки промокли, и я чувствовал, как там шевелятся опарыши. Схватив пальцами ключ, я изо всех сил дернул руку на себя, но манжет перчатки зацепился за ремень, и труп завалился на меня, пробороздив головой от шеи до груди, по пути его рука словно схватила меня за локоть.

— А-а-а-а! Сука! – закричал я, вскакивая на ноги и видя, что все мое тело испачкано непойми чем. Руку я все же выдернул, и, даже не посмотрев, что в сжато в моем кулаке, я рванул в воду, судорожно смывая с себя трупные следы.

— Мерзость! Какая же это мерзость! – кричал я, натирая тело песком.

Затем, вспомнив, что на палубе есть мыло, я рванул за ним и начал тщательно намывать себя. Немного успокоившись и прийдя в себя, я все же вернулся на берег и подобрал брошенную там перчатку. Расправив ткань, я увидел зажатый в ней нарядный ключик с брелком в виде французского флажка. Тщательно промыв ключ в воде, я сразу пошел в капитанскую рубку.

— Ну, сука, только попробуй не подойти! – злобно шипел я, шагая по узкому коридорчику.

Добравшись до места, я уселся в кресло, вставил ключик в замок зажигания и повернул его.

— Вуаля! Черт возьми! – расплылся я в самодовольной улыбке, видя, что панель ожила, экранчики загорелись, а стрелки приборов начали подниматься на свои отметки.

Но не все было так радужно, я попытался повернуть ключ дальше, чтобы мотор завелся, но, увы, у ключа было только одно положение. Тогда я начал искать нужную кнопку и, кажется, нашел ее. Внешне она напоминала те, что устанавливают в машины с надписью START/STOP, тут же было написано «Démarrage de moteur», последнее, как я понимал, как раз означало «мотор». Нажал на нее, на табло загорелись какие-то ошибки и замерцали лампочки.