Книга Право на жизнь, страница 220 – Анна Денисова, Виктория Сталь

Грузовики мчались сквозь ночь, приближаясь к бункеру. Впереди, в серой предрассветной мгле, уже угадывались очертания трёх сухих сосен на пригорке, тех самых, о которых говорил Илья. Викинг заметил их и хищно улыбнулся.

— Почти на месте, — сказал он. — Готовь людей, Соколов. Скоро мы встретим наших беглецов. И я лично посмотрю в глаза Дмитрию, когда он поймёт, что проиграл. Снова. И на этот раз окончательно.

* * *

Белова отступила в сторону, пропуская их внутрь. Её глаза за толстыми линзами очков скользнули по избитому лицу Дмитрия, по его окровавленной одежде, по Денису, стоявшему рядом с каменным лицом. Она не задавала лишних вопросов, люди Викинга редко отличались опрятностью и хорошими манерами.

— Заносите материал, — сухо сказала она. — В блок «С». И побыстрее, у меня нет времени на…

Договорить она не успела. Денис сделал неуловимое движение, и в его руке блеснул пистолет. Холодное дуло упёрлось Беловой прямо в лоб. Она замерла, её глаза расширились за стёклами очков, но она не вскрикнула, не отшатнулась. Только побледнела ещё больше, став похожей на восковую фигуру.

— Тихо, — процедил Денис. — Без глупостей. Веди нас к Ане. И к детям. Паше и Яне. Живо.

— Вы… вы не от Викинга, — прошептала Белова, и в её голосе прозвучало не столько обвинение, сколько холодная констатация факта. — Кто вы? Что вам нужно?

— Нам нужны наши люди, — прохрипел Дмитрий, опираясь на плечо Дениса. Его здоровый глаз горел мрачным огнём. — Веди. Или ты труп.

Белова несколько секунд смотрела на них, словно изучая под микроскопом. Затем медленно кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Идите за мной. Но вы совершаете ошибку. Вы не понимаете, что я здесь делаю. Я не враг вам. Я пытаюсь спасти человечество.

— Заткнись и иди, — оборвал её Денис, подталкивая стволом в спину.

Они двинулись по длинному, гулкому коридору бункера. Стены из серого бетона, испещрённые трещинами и пятнами сырости, давили на сознание. Под потолком мерно гудели лампы дневного света, заливая всё вокруг безжизненным, стерильным сиянием.

Белова подвела их к массивной стальной двери с надписью «Блок С». Она набрала код на панели, и дверь с тихим шипением отъехала в сторону. Они вошли в просторное помещение, уставленное стеклянными боксами. Внутри, в этих прозрачных клетках, находились люди. Вернее, то, что от них осталось.

Аня была там. Она стояла у одного из боксов, с планшетом в руках, и что-то записывала. Услышав шаги, она обернулась. Её взгляд упал на Дмитрия, избитого, окровавленного, едва стоящего на ногах, опирающегося на плечо Дениса. Её лицо в один миг побелело, как полотно. Глаза расширились от ужаса и боли. Планшет выпал из её ослабевших пальцев и с глухим стуком упал на бетонный пол.

— Дима… — прошептала она, и её голос дрогнул. — Господи… что они с тобой сделали?

Она бросилась к нему, но Денис остановил её жестом.

— Потом, Аня. Сейчас не время. Где Паша и Яна?

— Они здесь, — Аня указала дрожащей рукой на соседние боксы. — Они ещё не заражены. Я уговорила Белову пока не трогать их. А вот… вот он.

Она кивнула в сторону третьего бокса. Дмитрий перевёл взгляд и увидел его. Пожилой мужчина, дядя Дианы. Он стоял, вцепившись побелевшими пальцами в решётку, но это был уже не человек. Его кожа приобрела серый, землистый оттенок, глаза стали мутными, подёрнутыми белесой плёнкой. Из горла вырывалось низкое, утробное рычание. Он был обращён.