Книга Убийственно хорош, страница 31 – Саша Стрельна

— Это была целиком его инициатива?

— Да. Нет. Не знаю! Я люблю его… — почти шепотом закончила я и отошла в сторону, прочь от испытующего взгляда Пряничникова и презрительных глаз отца.

— Так это, видно, обыкновенный альфонсик! — прозвучало за моей спиной. — А мы с тобой, Венька, целый огород вокруг развели! Моя дочь всегда умела выбрать себе достойного мужчину. Сначала был слизняк, потом импотент, после убийца, а вот теперь…

Я больше не могла это выносить. Какой идиоткой я была, когда решила… Я уже почти дошла до выхода, когда отец догнал меня и, грубо развернув к себе, бросил:

— Ты покинешь этот дом так же, как и появилась в нем, — в багажнике моего джипа! Нечего подставлять человека, который старается тебе помочь!

Он отодвинул меня с дороги, и вышел, видимо для того, чтобы завести машину. А я оцепенело замерла, всеми силами стараясь не расплакаться.

— Машуня!

Голос прозвучал сверху, и я подняла голову. Пряничников смотрел на меня через перила галереи жалостливо и с пониманием.

— Не бери в голову, девочка. Он всегда был чурбаном солдафонским, сама знаешь, но, уж поверь мне, отец любит тебя и сделает все ради тебя. Что касается остального, помни: весь наш уговор остается в силе. Достань медицинскую карту, не забудь передать Ивану мою записку, проследи, чтобы он, прочитав, уничтожил ее, и жди известий.

Я шмыгнула носом, вытерла лицо и улыбнулась через пелену все-таки победивших мое сопротивление слез.

— Спасибо, дядя Веня.

— И будь осторожна, девочка.

До дачи я добралась только поздним вечером и не своим ходом. Сначала не хотела терять время и тотчас же занялась подготовкой похищения собственных анализов мочи из районной больницы. В качестве вводной я даже заготовила проникновенную речь, в которой доказывала немыслимую потребность в этих самых анализах в некоей клинике, где я якобы собиралась излечиваться от гастрита — штуки оптимальной по причине присутствия ее практически у каждого из ныне живущих россиян. Однако все оказалось проще и страшнее. Молоденькая, еще не выработавшая в себе защитную броню наглости и хамства медсестричка, старательно извиняясь, сообщила мне, что карту найти не смогла — потерялась где-то.

Это одновременно и не говорило ни о чем, потому что сама я неоднократно делала материалы о полной неразберихе в наших медицинских учреждениях (теряли трупы, не то что какие-то бумажки!), и наоборот, доказывало слишком многое, потому что и так в моей истории было достаточно «совпадений», чтобы допустить появление еще одного. Как это ни дико звучало, но я вынуждена была склониться к мысли, что с картой уже подсуетился кто-то до меня. А значит… О господи! Значит, в ней действительно было что-то, доказывающее, что дело не в кошатине…

Короче, начав день ранним утром с поездки к отцу, я закончила его ближе к вечеру, по сути, у разбитого корыта. Для порядка зашла на работу, хотя делать сегодня было совершенно нечего. И там-то вляпалась по самые ушки, потому что мне с порога припомнили «зажатый» день рождения. Сбегали. Потом еще раз.

В любой другой день я бы легко свинтила, бросив этих пьяниц «на производство судьбы», но, видно, именно сегодня бесшабашная и по большому счету абсолютно не интересующаяся моей особой компания была нужна и мне самой… Короче, покинула я контору довольно поздно. За руль меня не пустили, а заботливо заказали «развоз» — в ночные часы специально выделенные для этого машины нашей телекомпании развозили задержавшихся на службе сотрудников по домам. За город дальше десяти километров, правда, везти не хотели, но для меня сделали исключение — то ли ввиду приключившегося дня рождения, то ли по причине очевидной недееспособности.