Книга Убийственно хорош, страница 47 – Саша Стрельна

Однако ничего не произошло. Родитель мой, о чудо, молчал, переваривая сказанное, зато Пряничников разливался соловьем. Правильно говорят — седина в бороду, бес в ребро.

— Ох, я вам скажу, и девка! Ты бы, Сашка, тоже не устоял. Никто бы не устоял. Страстная, горячая…

— Горячая, как гадюка на солнцепеке, — негромко проворчала я и почувствовала, как Иван, дразнясь, щекотно ткнул меня пальцем в бок.

— Что делать-то будем?

Отец вскинул голову и выдал загробным голосом:

— Выгнать вот этого в три шеи, и все Машкины проблемы как рукой снимет. А если ты и вправду так сильно любишь, сам уйдешь, чтобы не подвергать ее опасности, — это уже непосредственно Ивану.

Я клещом вцепилась в его руку, начавшую медленно сползать с моей талии, и, выпятив челюсть, уставилась на отца:

— Ни черта у тебя не выйдет!

— Совершенно справедливо, — это неожиданно вступил в разговор Пряничников, видимо, наконец-то очнувшийся от своих эротических грез.

— Это почему же?

— Во-первых, потому, что я уже неплохо знаю Машу — репей, он и в Африке репей, во-вторых, потому что я более чем хорошо знаю своих коллег… И наконец, в-третьих, потому что ну а вдруг все наши построения в корне неверны, и опасность угрожает непосредственно Марии? А потом, черт меня дери, я, быть может, все последние десять лет готовился и ждал возможности как-то сквитаться с господином Чеботаревым!

— Только не за счет моей дочери!

— А я и не собираюсь действовать за чей-то счет. У меня у самого компромата собрано столько, что можно потопить Гренландию, не то что двух федералов. Просто приятно, что есть возможность еще и хорошим людям помочь. Итак! Маша, что ты теперь думаешь делать?

— Да, собственно, я человек подневольный. С понедельника уезжаю в командировку дней на пять.

— Это хорошо… Я уверен, они сейчас паузу выдержать захотят, посмотреть, что выйдет из этой их вылазки. Так что езжай спокойно. Только смотри, никаких резких движений. Работай, снимай, что тебе положено, а потом тихим ходом домой. Ясно?

— Куда яснее.

— А вы, Иван, тоже спокойно продолжаете с Васей проживать на даче. Тихо, открыто, чтобы не вызвать у них беспокойства и новой волны действий. Та-ак. А мы с тобой, Саша, начнем потихоньку готовиться к военным действиям. Уж извини, придется тебе у меня на посылках быть. Сам, увы, не мобилен.

— Полностью в твоем распоряжении.

— А как быть с потенциальной возможностью вмешательства Аслана? — тихонько спросила я.

— Не думаю, чтобы эта угроза была серьезной, Машенька. Не стоит беспокоиться раньше времени.

— А как ты сама думаешь, — Иван развернул меня к себе лицом и заглянул в глаза, — он способен на такой шаг, как похищение сына? Может ему понадобиться это?

Я могла обманывать Болека с Леликом, прятаться сама от себя, но ему соврать почему-то опять не смогла:

— Да… Ты понимаешь? Да!

Выбираться от дяди Вени решили всем вместе, благо багажное отделение Лендровера было, что называется, на четыре трупа, если не на дюжину. Отец собирался лесной дорогой довезти Ивана до одной из станций электрички чуть дальше Болшево, а потом уже доставить в свой дом меня. Высаживая первого пассажира, родитель мой был мрачен и грозен, как Зевс-громовержец:

— Имей в виду, герой-любовник: все как-то забыли, что тебя обвинили в причастности к заговору о похищении мальчика, а я помню. Если с ребенком что-то случится…