Книга Блистательные соперники, страница 144 – Дженнифер Линн Барнс

Рохан предупреждал ее. У нее не было ни единого шанса без элемента неожиданности. Стоило принять предложение Брэди, любовь моя. Но прежде чем Рохан успел произнести это вслух, Грэйсон Хоторн тяжелым шагом прошел вперед, не сводя мрачного взгляда с экрана.

— Что-то случилось.

Шесть километров на север. Джиджи не была уверена, что дойдет.

«Здесь покоится Джиджи Грэйсон, – будет гласить надпись на ее надгробии, – не выдержавшая кардионагрузок».

Когда в поле зрения наконец замаячил бар, Джиджи попыталась – и безуспешно – вздохнуть с облегчением. Эта ночь подходила к концу. Эта короткая, абсолютно безумная глава в ее жизни вот-вот должна была закончиться.

— Мы не станем задерживаться, – сказала Иви Слейту. – Надо успеть убраться отсюда до того, как за ней придут люди Хоторнов.

Почему-то это больно задело Джиджи.

— Держись подальше от неприятностей, солнце.

В горле Джиджи встал ком, но она предпочла улыбнуться. Потому что могла. Потому что даже после всего, что случилось, она все еще верила, что счастье можно выбрать.

— Неприятности – это мое второе имя, – ответила Джиджи. – Джулиет Аурелия Неприятности Грэйсона.

Ее улыбка дрогнула, но Джиджи не поддалась и кивнула в сторону бара, который даже издалека выглядел убогим, как его им и описывали.

— Как думаешь, там делают «Мимозу»?

— Нет, – ответил Слейт.

— Правда или ложь. – Джиджи нашла в темноте его глаза. – Ты будешь скучать по мне.

— Слейт! – Терпение Иви явно подходило к концу.

Джиджи решила, что не стоит ждать ответа, который, скорее всего, все равно не последует. Глядя на здание впереди, она успела сделать всего три шага, когда за ее спиной раздался голос Маттиаса Слейтера:

— Давай сыграем в игру. Она называется: «Тебе ни черта не нужно ничего доказывать». Никому. Она называется: «Ты и так сильная».

Джиджи остановилась, но не оглянулась. Она не позволила себе оглянуться. И все же ей пришлось спросить:

— Ты хотя бы раз был там?

Сколько раз за последние полтора года она перестраховывалась, повторяя в темноту: «Я знаю, что ты где-то там». Он был плодом ее воображения так много ночей подряд – вот и все. И если сейчас она обернется, то обнаружит, что он исчез.

Но тут последовал ответ:

— И не раз.

Джиджи кивнула и сглотнула. Это было не только мое воображение. Она сделала самый глубокий вдох в своей жизни:

— До свидания, Маттиас.

И Джиджи направилась к бару. Первые два шага дались ей труднее всего. После пяти Джиджи заставила себя ускориться, насколько это было возможно, – ради Саванны. Даже если Зелла была права и «Грандиозная игра» подходила к концу или даже если она уже закончилась и Джиджи опоздала, ей нужно было поскорее добраться к сестре. И до Лиры с Грэйсоном, спасибо болтушке Иви. И ко всему прочему, ей нужно было рассказать кому-нибудь о Калле – Смотрительнице, Лилии, Женщине в красном.

Потому что, даже несмотря на весь свой оптимизм, Джиджи было даже страшно подумать о том, что могло произойти после того, как время наблюдения закончилось.

Что-то случилось. Слова Грэйсона так и повисли в воздухе. Лире следовало бы думать о том, что она проиграла, о судьбе «Майлс-Энда», но она смотрела на пустые кресла создателей игры на экране, и перед ее глазами стояли каллы, плавающие в воде.