Книга Лондонский матч, страница 126 – Лен Дейтон

Когда Брет вовсю разговорился, дверь в кабинет открылась и вошел мужчина со свертком материи под мышкой. ГД поднялся, важно снял пиджак и отдал его пришедшему, который повесил его на плечики в встроенный в стену гардероб.

Хотя Брет был смущен этим вторжением, он сумел собраться раньше, чем Морган успел его перебить. Но теперь он вынужден был говорить иносказательно.

— Не беспокойтесь насчет Бони, – сказал ГД, указывая на вошедшего. – Он был со мною на войне. Он проверен.

— Но ведь это очень деликатный вопрос, сэр, – возразил Брет.

— Я уйду через три минуты, – сказал Бони, низенький мужчина в сером шерстяном, плотно сидящем костюме-тройке. Он надел на ГД принесенный им для примерки пиджак и, не обращая на нас внимания, отступил назад, чтобы лучше видеть свою работу. Потом сделал пометки мелом и начал отрывать скрепленные на живую нитку части пиджака, как это обычно делают портные при примерке.

— Лацканы были немного широковаты на том последнем костюме, – заметил ГД.

— Так сейчас носят, – парировал Бони.

Он что-то записал в блокноте и, не поднимая глаз и не переставая писать, сказал:

— Я и так делаю отвороты слишком узкими по сравнению с тем, что сейчас принято.

— А я люблю, чтобы они были узкими, – ответил ГД, стоя прямо, как на параде.

— Как пожелаете, сэр Генри, – согласился Бони, спеша получить одобрение клиента, пока тот рассматривает детали пиджака. – Две пары брюк? – спросил Бони.

Он взял булавки в рот и одернул обеими руками пиджак.

— Да, – ответил ГД.

— А вы не находите, что это несколько старомодно, сэр Генри, – сказал Фрэнк Харрингтон, впервые вступая в разговор.

Фрэнк был очень близок со стариком. Они когда-то служили вместе в уже не существующей теперь воинской части и были связаны узами дружбы. Это давало право Фрэнку говорить с ГД так, как не мог себе позволить даже его заместитель.

— Нет, я всегда ношу такие. Всегда носил и буду носить, – сказал старик, одергивая рукав.

— А не жарко ли будет, – спросил Фрэнк, повторяя свою старинную шутку, – носить сразу две пары брюк?

ГД рассмеялся смехом, более похожим на глубокий застарелый кашель.

— Думаю, мы можем продолжать, – сказал Брет, стараясь говорить туманно, чтобы Бони не мог понять, о чем идет речь. – У нас было плохое начало, но мы должны идти вперед и добиться чего-то от этой операции.

— Вот здесь мне давит, – сказал ГД, указывая на плечо. – Мне хочется, чтобы здесь было посвободнее, Бони.

Он подсунул руку, чтобы показать это место, а потом поднял руку, чтобы продемонстрировать, что его движения скованы.

Бони разгладил материю и хмыкнул:

— Вы же не собираетесь играть в нем в гольф, сэр Генри. Это костюм для выходов.

— Если мы сейчас все остановим, это будет большая ошибка, – продолжал Брет. – Наша неудача – это просто невезение. Никакого провала операции.

Как говорится, операция прошла нормально, но пациент скончался.

Бони теперь стоял за спиной ГД, оправляя примеряемый пиджак.

— Да стойте же спокойно, сэр! – сказал он тоном, который шокировал нас всех. Ни Брет, ни даже Фрэнк Харрингтон не позволяли себе так говорить с ГД.

— Извините меня, Бони, – сказал ГД.

Но тот, казалось, не принял его извинения.

— Если получится плохо, вы во всем обвините меня, – заявил Бони с праведным негодованием мастера, знающего себе цену.