Книга Лондонский матч, страница 152 – Лен Дейтон

— А откуда ты знаешь?

— Знаю, знаю. – Она улыбнулась. – Я и сама иногда льщу Джорджу. Я знаю, что он очень хорошо разбирается в бизнесе, и всегда говорю ему об этом.

— А что плохого в том, что он подружился с епископом? – спросил я.

— Да ничего. Просто старый плут сидит и пьет лучший бренди Джорджа и обсуждает с ним нюансы теологии.

— Это еще не значит, что он стал фанатиком.

— Но епископ говорит, что Джордж должен стать таким, чтобы постараться компенсировать грехи двух его дядьев.

— А я думал, что они оба у него священники.

— Епископ знает об этом, он просто шутит, дорогой. Ты иногда так же медленно соображаешь, как бедный старый Джордж.

— А мне кажется, что Джордж хороший муж, – сказал я, готовя почву для разговора о ее неверности.

— Я тоже так думаю. Он просто чудесный.

Она встала и обвела рукой комнату, в которой мы сидели.

— Посмотри, что он сделал из этой квартиры. Когда мы первый раз приехали ее посмотреть, это была развалина. Почти всю мебель отбирал Джордж. Он любит ходить на аукционы и делает хорошие покупки. Я только выбирала некоторые ткани и ковры.

— И вы добились потрясающего результата, Тесса, – сказал я.

Диваны кремового цвета и неяркие ковры резко контрастировали с зарослями тропических растений, которые заполняли дальний угол у окна. Светильники на потолке излучали розовый свет, заливающий комнату и не дающий теней. Все выглядело очень дорогим и в то же время строгим. И этого никак нельзя было ожидать от Джорджа, разодетого миллионера из лондонских кокни. Квартира была прекрасна и сияла, как разворот из журнала «Дом и сад». И при всем этом в ней недоставало жизни. Я жил в комнатах, которые носили отпечаток присутствия двух детей – пластиковые игрушки в ванной, разные башмаки в прихожей, пятна на ковре и царапины на стенах. Это просто трагедия, что у Джорджа и Тессы не было детей. Джордж так страстно хотел быть отцом, а Тесса просто обожала моих двух детей. Но вместо этого у них был спокойный респектабельный дом в престижном районе Лондона, в Мэйфэре. И я не уверен, что каждый из них был ему предан.

— Налей мне еще, – сказала Тесса.

У нее была нелепая идея, что шампанское – единственный алкогольный напиток, от которого она не толстеет. В некоторых вещах она была как малое дитя, и, хотя Джорджу нравились не все ее привычки, он прощал ей эти забавные вещи, потому что сам был виноват во всем том, что ему не нравилось в Тессе, сам создал это раздражительное существо.

Я не собирался задерживаться.

— Но Джордж будет с минуты на минуту. Он звонил из мастерской, сказал, что выезжает.

Я взял бутылку марочного «Боллинджера» из массивного серебряного ведерка и налил нам обоим.

— С автомобилем все в порядке?

— Да, спасибо.

— Джордж обязательно спросит меня, понравился ли тебе автомобиль. Он очень привязался к тебе. Думаю, он догадывается, почему ты обвиняешь меня в том, что я недостаточно к нему внимательна.

На языке Тессы это означало быть вероломным. Она была чертовски откровенна во всем, что не касалось ее измен.

— Тогда есть о чем поговорить, прежде чем он придет, – сказал я.

— А твоя подружка была просто сногсшибательна прошлым вечером, – сказала Тесса, вставая.

Она подошла к окну и посмотрела вниз на улицу.

— Если Джордж приедет сейчас, ему будет, где припарковать машину, – сказала она.