Книга Лондонский матч, страница 99 – Лен Дейтон

— Поэтому, если газета публикует выдержку из документа, сразу становится ясно, из какого экземпляра.

— В том и состоит идея. О таких вещах, естественно, не принято говорить.

— Конечно. И, значит, именно эта копия вышла из секретариата кабинета министров?

— Да. Я не тратила бы столько времени на детали, если бы знала, что конкретно вас интересует. Ведь я думала, что вы сфотографировали вашу собственную копию документа, а теперь хотите проследить путь, по которому прошла украденная фотокопия.

Она вернула мне фотокопию.

— Естественно, что вы так подумали, – сказал я, пряча фотокопию в карман. – Просто глупо было с моей стороны не сказать вам всего сразу.

— О да, она сделана с экземпляра, который был в вашем департаменте.

Она встала, и я тоже. Значит, с документа, который был передан Брету Ранселеру для руководства, кто-то снял фотокопию для московских архивов КГБ. Я все-таки надеялся, что получу от нее другой ответ. Но теперь я смотрел фактам прямо в лицо.

— Я провожу вас до дверей, – напомнила она. – Мы теперь уделяем много внимания поддержанию секретности. Кстати, не хотите ли выйти наружу через дверь дома номер десять? Многие люди стремятся это сделать. Очень забавно, не так ли?

— Вы полностью уверены? – спросил я. – Вы не ошиблись?

— Никакой ошибки. Я дважды проверила это по моему списку. Я не могу показать его вам, но, если хотите, я позову человека, который отвечает за секретность, и он подтвердит все это…

— В этом нет необходимости.

Пошел дождь, и садовники прекратили сажать розы. Они уложили оставшиеся саженцы в коробку и направились к дому, чтобы укрыться от дождя.

Миссис Хогарт грустно наблюдала за ними.

— Как только они берутся за работу, тут же начинается дождь. Прямо церемония вызова дождя.

В холле у входа в дом номер десять стоял со скучающим видом полицейский инспектор. Какая-то женщина в халате разбирала чайные чашки на подносе. И мужчина, который открыл мне дверь, тоже держал в одной руке чашку чая.

— Благодарю вас за помощь, миссис Хогарт, – сказал я. – Сожалею, что у меня не было официального пропуска.

Она вышла вместе со мной на знаменитую лестницу и сказала, пожимая мне руку:

— Не беспокойтесь о пропуске. У меня он есть. Я получила его сегодня утром.

— Сегодня у нас праздник, – сказала Глория.

— В самом деле? – спросил я.

— Не смотри так удивленно, дорогой. Завтра будет ровно три месяца, как мы вместе.

Я не понял, от какого события она ведет отсчет, но из деликатности не стал спрашивать.

— А все кругом говорили, что это не продлится долго, – заметил я.

— Не шути так про нас, – сказала она. – Можешь говорить так обо мне, но не о нас.

Мы находились на одиннадцатом этаже в гостиной просторной квартиры, в жилом районе Ноттинг-Хилл-Гейт на западе центральной части Лондона – районе со смешанным расовым населением и смешанным образом жизни. Был понедельник, восемь тридцать вечера. Мы медленно танцевали в старой манере, когда партнеры крепко прижимаются друг к другу. Радиоприемник был настроен на программу Би-би-си, посвященную музыке биг-бенда, которую вел Аллан Делл. Исполнялась старая запись «Чай для двоих».

Глория немного отпустила волосы, и теперь они светлой волной рассыпались по ее плечам. На ней был темно-зеленый свитер с открытым воротом и светло-коричневая замшевая юбка. Все было очень просто, но при ее длинных ногах и великолепной фигуре она производила ошеломляющее впечатление.