Книга Пуля от Ван Гога, страница 138 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Оказалось, что еще в то время молодого офицера заприметили в ФСБ и решили к себе переманить. Причем сразу на оперативную работу под прикрытием. Для этого и потребовалось увольнение из полиции, для этого Роговому даже запретили какие-либо контакты с бывшими сослуживцами. И, хотя такие ограничения не очень понравились старлею, у которого в отделе остались друзья, предложение гэбистов было таким, от которого нельзя отказаться. И, хотя потом, после первого задания, Максим уже ни от кого не скрывал, что работает в ФСБ, из прежних знакомых и приятелей его судьбой интересовался мало кто. И за это время старлей дослужился до звания подполковника и заработал довольно серьезный авторитет в Конторе, позволивший ему по своей инициативе включиться в работу группы, занимавшейся расследованием деятельности мошеннических кол-центров.

Как и предполагал Гуров, Крячко в кабинете не оказалось. Станислав вообще не отличался аккуратностью во времени появления на службе и мог появиться в главке даже к обеду. Впрочем, и занимался расследованиями он допоздна, особенно учитывая его плотную работу с осведомителями, коих у Крячко было немало и большинство из которых являлись людьми с серьезным криминальным прошлым. Гуров предложил гостю кофе, однако тот отказался.

— Лев Иванович, вы нам все карты спутали, – заявил Роговой, усаживаясь на предложенный стул напротив рабочего места сыщика. – У нас серьезные планы на Меньшикова, а этот упрямец отказывается сотрудничать. Вот мы и решили немного помариновать его в СИЗО, пока парень не станет сговорчивей. А вы явились поздно вечером, когда человека, занимавшегося этим вопросом, на месте не было, а дежурный офицер по чьему-то недосмотру нужных инструкций относительно Меньшикова не получил. Вы провели протокол, оправдывающий нашего клиента, и все прочие документы по официальным каналам, и теперь их оттуда так просто удалить не получится, иначе у кого-то могут полететь погоны. То есть для того, чтобы надавить на Меньшикова, нам нужно теперь искать новый метод, ну или воспользоваться вашей помощью.

— То есть мне нужно отозвать свой протокол, заменив его новыми показаниями, чтобы вы вернули парня обратно за решетку? – предположил сыщик.

— Ну, новыми показаниями заменять протокол допроса Зосимова необязательно, – кивнул Роговой. – Достаточно составить ходатайство о том, что показания этого фигуранта требуют дополнительной проверки. Все равно судебный процесс над Зосимовым раньше чем через два-три месяца не начнется, а этого времени нам вполне хватит, чтобы убедить Меньшикова согласиться на сотрудничество с Конторой.

— И чем же вы ему так насолили, что парень рогом уперся, лишь бы с вами дел не иметь? – задумчиво поинтересовался Гуров.

— Ну, Лев Иванович, в любых органах случаются перегибы, – уклонился от прямого ответа подполковник. – Кто-то что-то не так сказал, не то сделал, и возникло недопонимание. Вы ведь знаете, что раньше Меньшиков иногда привлекался нами к выполнению определенных операций. А затем случился сбой, и человек, который подорвал его доверие, уже понес заслуженное наказание, но Максима это не удовлетворило. Теперь есть задача, которую лучше его мало кто способен выполнить, а может, и никто. И нам нужно убедить Меньшикова помочь родной стране.