Книга Странные картинки, страница 79 – Укэцу

— Кумаи, мне тяжело это говорить, но… У тебя рецидив. Рак пищевода, вторая стадия. Мы успеваем сделать операцию, но пятилетняя выживаемость пациентов с твоим диагнозом составляет только пятьдесят процентов, – подавленно сказал врач, его хороший знакомый, после обследования.

По пути из клиники Кумаи размышлял о своей жизни. В молодости он в поте лица трудился на поприще журналистики, верил, что его работа приносит обществу большую пользу, и гордился этим. Теперь его взгляды были уже далеко не так оптимистичны: «Разве я сделал для общества хоть что-то полезное? Журналисты могут сколько угодно проводить расследования, ловит преступников все равно полиция. Все, на что способен журналист, – выуживать у следствия информацию и делать ее достоянием общественности. Выходит, я двадцать лет своей жизни посвятил тому, чтобы удовлетворять любопытство каких-то ротозеев?»

Потом Кумаи вспомнил его. «По сравнению со мной Ивате удалось сделать нечто гораздо более важное: он смог выяснить правду раньше полиции. Даже оказавшись в руках преступника, зная, что ему осталось жить считаные секунды, он все равно попытался оставить после себя послание, намекающее на личность убийцы. Кто добился большего: я за двадцать лет или он за две недели?»

Это было ужасно обидно. Кумаи не мог позволить себе умереть, так и не превзойдя Ивату. Но как это сделать?.. Есть только один способ: добиться ареста Наоми. Другого пути нет.

* * *

Тем же днем Кумаи отправился в префектуру Л и встретился там с мужчиной по имени Кэйдзо Курата. Это был детектив, приятель Кумаи с журналистских времен. Ровесники и земляки, мужчины легко нашли общий язык, а их отношения быстро вышли за рамки просто рабочих. Они частенько ходили вместе выпить и каждый раз, встретившись, не могли разойтись до самого утра. В последние годы друзья виделись редко, поэтому Курата очень обрадовался встрече:

— О, Кума, здорово! Сколько лет, сколько зим! Ну, как ты?!

— Да так, потихоньку. А ты, Кура, я смотрю, здоров как бык.

— А как же! У меня же внук на днях родился! Теперь до его свадьбы нужно продержаться! Ха-ха-ха!

— Ух ты, поздравляю! Да, теперь тебе сдавать нельзя!

— Да, буду держаться. Выкладывай, почему ты так внезапно предложил встретиться?

— Хотел кое-что у тебя узнать. Скажи, получится ли сейчас восстановить следствие по делам об убийствах 1992 и 1995 годов?

— Какие месяцы?

— В сентябре, оба.

— Срок давности по делу девяносто второго года уже истек. А вот сентябрь девяносто пятого – другое дело, благодаря пересмотру законодательства за это преступление еще можно привлечь к ответственности. Только про такое старое дело в главном управлении уголовного розыска, наверное, и думать забыли, без новых доказательств возобновлять расследование никто не станет.

— Кура, а ты не сможешь мне как-нибудь помочь?..

— Как, я ведь обычный сержант полиции.

— У меня есть зацепка. А с современными криминалистическими технологиями… Возможно, получится раздобыть и полноценное доказательство.

— Прости, но одного «возможно» мало, чтобы дать делу ход.

— А если подозреваемого задержат?

— То есть как?

— Ну, например, преступник, совершивший те два убийства, нападет на меня с ножом. А в это время совершенно случайно поблизости окажешься ты и арестуешь его с поличным за нападение. Тогда всплывут и прошлые преступления, к которым он мог быть причастен.