Книга Тёмные очки, страница 126 – Джон Диксон Карр

— Да, вы правы, это было сделано мастерски.

— Я не думаю, что у него с самого начала возникла мысль навести подозрение на Марджори. Это было бы глупо и опасно. Он, может быть, и хотел получить деньги девушки, но, разумеется, не хотел, чтобы ее арестовали. Он пытался это сделать так, чтобы подозрение пало на Уилбера Эммета, и для этого сунул ему в карман коробочку для капсул. Однако по воле случая серьезное подозрение пало на Марджори, и Хардинг решил воспользоваться этим в своих целях. Дело в том, что его немного тревожило кое-что другое: Марджори стала к нему охладевать.

Вы все это заметили. Вот уже несколько недель, как ее увлечение заметно ослабело. В ее глазах, когда она смотрела на своего обожателя, не было прежнего ослепления; возможно, она кое-что разглядела в его душе. Ей случалось огрызнуться, когда он к ней обращался, она даже подумала о самоубийстве. Хардинг, при всем своем тщеславии, не мог не заподозрить, что дело неладно. Он не мог теперь ее потерять: это означало бы, что все его действия, связанные с таким страшным риском, кончатся ничем, а это явный брак в работе. Он понимал, что нужно немедленно хватать ее и вести под венец, иначе все пропало.

Он добился своего: с одной стороны – с помощью ласки, а с другой – пытаясь ее запугать. Убийство Уилбера Эммета – это была необходимая часть его плана – он осуществил с помощью шприца, который украл у вас, доктор Чесни. На следующий день он подбросил его в шкатулку Марджори, спрятав в тайник. Девушка уже и так сходила с ума от страха. Хардинг не замедлил этим воспользоваться и довел ее до такого состояния, что она искала у него убежища, испытывая безумное облегчение от того, что кто-то согласился взвалить на свои плечи ее неприятности. Фокус со шприцем явился последней каплей. Она сама нам сказала, что вышла замуж только для того, чтобы избежать ареста за убийство. Я не сомневаюсь, что Хардинг подсказал ей некоторые вещи. То, например, что полиция может дознаться о ее визитах в его лабораторию, где она могла получить доступ к ядам. А вот если ее арестуют и они будут женаты, он сможет не давать против нее показаний. Вдумайтесь только, джентльмены, каким надо быть потрясающим наглецом, какая нужна самоуверенность, чтобы придумать такое!

Доктор Фелл вдруг замолчал с виноватым видом; майор Кроу шикнул на него; и все они, страшно смущенные, дружно уставились на огонь в камине.

В комнату вошла Марджори.

Эллиот не мог себе представить, что можно до такой степени побледнеть, чтобы глаза приобрели такой страшный блеск. Но руки у нее не дрожали.

— Ничего страшного, – сказала Марджори. – Продолжайте, пожалуйста. Я уже пять минут как слушаю под дверью. Хочу знать, что дальше.

— Мм… – в смущении промычал майор Кроу. Он вскочил с кресла и заметался. – Может быть, открыть окно? Не хотите ли сигарету? Или рюмочку бренди? Может быть, чего-нибудь еще?

— Принести подушку? – серьезно спросил доктор Чесни.

— Мне кажется, дорогая, что если вы приляжете… – начал профессор Ингрем.

Она улыбнулась всем сразу.

— Мне ничего не надо, – сказала она. – Со мной ничего не случилось, я уж не такая неженка, как вам кажется. И доктор Фелл совершенно прав. Джордж действительно все это проделал. Он даже обратил против меня книги по химии, которые находятся у меня в комнате. Вы понимаете, я решила немножко познакомиться с предметом – для того чтобы осмысленно проявлять интерес к его работе, а он говорит: что подумает полиция, когда эти книги обнаружатся у меня в комнате? Еще того хуже, он знал – то, что стало известно инспектору Эллиоту, – знал о моей попытке купить цианистый калий в Лондоне.