Книга Тёмные очки, страница 41 – Джон Диксон Карр

В течение следующих нескольких минут Эллиот начал думать, что их спорам наступает конец. На следующие два вопроса и частично на третий ответы были почти идентичными. Эти вопросы, касающиеся внешности существа, вошедшего через стеклянную дверь, выглядели так: «Опишите одежду вошедшего. Что у него было в правой руке? Опишите этот предмет. Опишите его действия».

На основе этого описания возник образ гротескного чудища, которое, по-видимому, произвело на всех одинаковое впечатление. Никто из них не пропустил ни малейшей детали, начиная с цилиндра и до черных лакированных туфель – все было названо: и коричневый шерстяной шарф, и черные очки, и черные фрачные брюки. Каждый дал верное описание черного саквояжа, на котором было написано белой масляной краской: «Р. Г. Немо, Д. М.»^[9] – и который человек нес в правой руке. Единственная новая деталь заключалась в том, что на нем были резиновые перчатки.

Это единодушие поначалу озадачило и встревожило Эллиота, но потом он вспомнил, что у всех свидетелей была отличная возможность осмотреть этот маскарадный костюм. Почти все вещи, принадлежащие Немо, включая черный саквояж, были брошены на лужайке, под окнами кабинета. Свидетели видели эти вещи не только во время представления, но и позже, когда пошли искать Уилбера Эммета.

Но все равно они не пропустили ни одного движения этого пришельца в течение всего представления. Фигура этого слепого черного Немо, которая кланялась и кивала, отбрасывая страшную тень в ослепительном свете, заполнила, казалось, весь экран их воображения, как кошмар. Они описали, как он вошел. Они описали, как он обернулся и посмотрел на них, когда Джордж Хардинг, находившийся среди зрителей, неосторожно вскрикнул. Они описали, как он ставил саквояж на стол, стоя к ним спиной. Потом они рассказали, как он подошел к правому краю стола, достал из кармана коробочку с капсулами, вынул оттуда капсулу и…

Но где же, черт побери, нужно искать ключ к разгадке?

Вот что Эллиоту нужно было знать. Он подходил уже почти к самому концу списка и пока ни в чем не мог найти зацепки. В показаниях свидетелей были противоречия, это верно, но как это могло ему помочь?

— Время идет, – сказал он. – Давайте продолжим наши вопросы. «Взял ли он что-нибудь со стола?»

Все три голоса раздались почти одновременно.

— Нет, – ответила Марджори.

— Нет, – сказал Джордж Хардинг.

— Да, – отчеканил профессор Ингрем.

В кутерьме, которая за этим последовала, отчетливо был слышен голос Хардинга:

— Сэр, я готов поклясться, что он этого не делал. Он даже не прикасался к этому столу. Он…

— Конечно не прикасался, – подтвердила Марджори. – И вообще, что он мог оттуда взять? Единственный предмет, который, по-видимому, исчез, – это ручка, или карандаш, или стрела – называйте это как хотите, – и я знаю, что он этого не брал. А этот тип в цилиндре ни разу не подходил к середине стола, где лежит бювар. Так что же он мог взять?

Профессор Ингрем призвал всех к молчанию. Вид у него был довольно мрачный и непреклонный.

— Именно это я все время терпеливо пытаюсь вам сказать, – проговорил он. – А именно: он взял со стола коробку «Шоколадной карамели» от Генри с зелеными цветами и положил на ее место коробку мятных помадок в шоколаде с синими цветами на крышке. Она и сейчас лежит на столе. Вы хотели истинной правды? Вот она, пожалуйста. Не спрашивайте меня, как он это сделал. Когда он поставил свой черный саквояж на стол, тот оказался перед зеленой коробкой. Когда же он убрал его со стола и вышел из комнаты, на столе осталась лежать синяя коробка. Я повторяю: не спрашивайте меня, как он подменил коробки. Я не фокусник. Однако я подозреваю, что ключ к проблеме многих весьма непривлекательных отравлений находится именно в этом коротком действии. Предлагаю вам поломать над этим голову. Кроме того, я надеюсь, что это устранит сомнения майора Кроу по поводу моей психики и моей порядочности. А теперь, прежде чем еще кто-нибудь выйдет из себя, дайте мне, пожалуйста, сигарету.