Книга Тёмные очки, страница 86 – Джон Диксон Карр

— Выключите аппарат! – сказал майор Кроу. – Остановитесь на этом кадре. Вы видите…

Не было нужды останавливать фильм. Он уже кончился. В аппарате раздались хлопающие звуки, экран замелькал, потемнел и стал чисто-белым.

— Вот и все, – сказал Стивенсон несколько хриплым голосом. В течение короткого времени двигался один только Стивенсон. Он выключил аппарат, пробрался бочком позади него и прошел к окну, чтобы раздвинуть шторы. Открылась настоящая живая картина. Майор Кроу излучал удовлетворение. Комиссар Бостуик таинственно и спокойно улыбался, глядя на свою трубку. Но на лице доктора Фелла застыло выражение такого ужаса и недоумения, что казалось, будто его внезапно оглушили. Посмотрев на него, майор Кроу невольно рассмеялся.

— Кое-кто, я вижу, получил удар, – заметил он. – Итак, инспектор, я обращаюсь к вам. Каков был рост доктора Немо?

— Я бы сказал, по крайней мере шесть футов, – признал Эллиот. – Потом, конечно, придется внимательно изучить эту пленку при помощи увеличительного стекла и проделать необходимые измерения. Голова его была как раз на уровне каминной полки, так что это будет нетрудно. Сравнительные измерения это покажут. Но на вид его рост – шесть футов.

— Да-а, – подтвердил Бостуик. – Шесть футов, это точно. А вы заметили, как этот тип ходит?

— А что вы скажете, Фелл?

— Я говорю: нет.

— Вы что, не верите собственным глазам?

— Не верю, – сказал доктор Фелл. – Конечно не верю. Решительно нет. Обратите внимание на то, как мы запутались, поверив собственным глазам. Мы находимся в доме, где царят миражи и оптический обман, это ящик с секретами, комната ужасов. Когда я думаю об этом фокусе с часами, я испытываю благоговейный трепет. С этими часами нельзя было манипулировать, а Чесни это проделал. Если он смог придумать такую ловкую штуку, он мог изобрести что-нибудь почище этого. Я ничему не верю. Клянусь громом, решительно ничему.

— Но разве у нас есть основания думать, что в этом тоже заключается подвох?

— Есть, – подтвердил доктор Фелл. – Я называю это «проблема ненужного вопроса». Однако здесь перед нами стоит и более серьезная новая проблема…

— А именно?

— Заметьте, как обманулся лучший наш, квалифицированный свидетель, – вещал доктор Фелл, доставая свой носовой платок и размахивая им. – Три свидетеля отвечали на вопрос, касающийся роста доктора Немо. Марджори Уиллс не особенно хороший свидетель, Хардинг и вовсе никуда не годится, тогда как профессор Ингрем, напротив, свидетель весьма надежный. И тем не менее два ненаблюдательных человека ответили на этот вопрос правильно, а умный и наблюдательный – безнадежно неправильно.

— И все-таки почему вы так настаиваете на том, что его рост не шесть футов?

— Я вовсе на этом не настаиваю. Просто я говорю, что здесь что-то нечисто. Все это время, все это колючее, неспокойное, запутанное время – с тех пор как я начал заниматься этим делом – меня беспокоит, прямо-таки жжет один вопрос. Вот он, этот вопрос: почему этот фильм не был уничтожен?

Я повторяю, – сказал доктор Фелл, продолжая размахивать платком, – почему убийца не уничтожил этот фильм? После того, как умер Чесни, после того, как Эммета унесли наверх, весь первый этаж дома был пуст. У убийцы были все возможности, ему было проще простого уничтожить его. Вы же сами видели, когда приехали, что в музыкальной комнате никого не было. Аппарат был кое-как засунут под крышку радиолы. Все, что убийце нужно было сделать, – это открыть аппарат, вынуть пленку, засветить ее, и – пожалуйста! – только его и видели. Не будете же вы утверждать, что убийца умышленно оставил свое изображение, свои действия, запечатленные на пленке, чтобы полиция могла исследовать все это под микроскопом? Нет, нет и нет!