Книга Тёмные очки, страница 88 – Джон Диксон Карр

Эллиот посмотрел на него.

— Другая капсула? – спросил он, в то время как Бостуик твердо встретил его взгляд.

— Да, другая капсула. Мы думаем – мисс Уиллс заставила нас так думать, – что кто-то ударил мистера Эммета по голове и положил на место обычной капсулы отравленную. Ладно, предположим, что это так. Но если так, то где же другая капсула? Безобидная, безвредная? Мы искали и тут, и там, искали повсюду: в плаще и в саквояже – везде, где только можно. И что же, нашли мы ее? Нет, не нашли. Это может означать только одно: другой капсулы не было, была всего одна, та самая, которая находилась у мистера Эммета, та, которую он засунул в глотку старику Чесни и заставил проглотить.

Майор Кроу присвистнул.

— Продолжайте, – потребовал он.

— Есть и еще одна вещь, которую мы не нашли, – сказал Бостуик, обращаясь к Эллиоту. – Это маленькая коробочка. Маленькая картонная коробочка, из которой он достал капсулу. Обнаружили мы ее у него в кармане? Нет, не обнаружили. И я сказал себе: так, сказал я, где же она? И вот сегодня утром я поискал там, где, как мне казалось, она могла находиться. Там она и обнаружилась.

— Где?

— В правом кармане пиджака мистера Эммета. Он висит на стуле у него в спальне, где его повесили, когда раздевали мистера Эммета.

— Это, – сказал майор Кроу, – уже скверно пахнет.

— Позвольте мне кончить, сэр, раз уж я излагаю свои соображения, – проговорил Бостуик торопливо и еще более значительно, чем раньше. – Кто-то убил мистера Эммета прошлой ночью. Этот кто-то действовал заодно с мистером Эмметом в деле убийства старого джентльмена. Всем хорошо известно, что ради мисс Уиллс мистер Эммет был готов на все. А возможно, что она дала ему отравленную капсулу без его ведома и велела ему заставить старого Чесни ее проглотить. В этом я, однако, не уверен, потому что мистер Эммет сам ударил себя по голове, чтобы получить алиби, так что, похоже, все это было договорено заранее. Почему же она тогда закричала: «Не надо, не надо!» – когда его убивали, а потом отрицала это?

Вряд ли можно утверждать, что это естественно, если она не знала, что происходит. А она знала – это точно. В последнюю минуту она, помимо своей воли, хотела его остановить. Такие вещи случались и раньше. Может быть, вы этого и не знаете, мистер Эллиот, но я много читал о тех убийствах, которые вы расследовали в Лондоне. Женщины не могут с собой совладать, даже когда они сами затеяли все дело. «Не надо, не надо!» – именно это кричала злоумышленница Эдит Томпсон, когда этот тип Бейуотерс, с которым она состояла в сговоре, выбежал из дома, чтобы всадить нож в ее мужа, с которым она возвращалась из кино.

Он замолчал, тяжело дыша.

Майор Кроу смущенно ерзал в своем кресле.

— Уликой против Уилбера Эммета, – согласился Эллиот, – является то… ну, словом, если кто-то подтвердит, что человек в фильме – это именно Эммет, то это, конечно, улика против него.

У него был расстроенный вид, и чувствовал он себя прескверно, однако нужно было смотреть фактам в лицо.

— Ладно, пока все хорошо. Но где у вас доказательства, что здесь замешана мисс Уиллс? Не можем же мы арестовать ее только на том основании, что она закричала: «Не надо, не надо!» Этого недостаточно.

— Есть у нас такие доказательства, не беспокойтесь, – сказал Бостуик. Его лицо снова налилось кровью. Он помолчал, а потом обернулся и крикнул через плечо: – Хобарт Стивенсон, если ты где-нибудь скажешь хоть слово из того, что услышал здесь, в этой комнате, я тебе шею сверну. И ты знаешь, что я не шучу.