Книга Последнее дело майора Чистова, страница 70 – Евгений Водолазкин

11 июля, 18:00

Майору в тот день хотелось сканировать и сканировать. Мысль его обратилась к Галине.

— Вы – единственная, э-э-э, кто не прошел сканирование, – сказал он ей. – Так сканируйте же самое себя!

Но поступить подобным образом для вдовы было так же нереально, как, скажем, для унтер-офицерской вдовы – саму себя высечь. И тогда Литвина предложила рассказать о себе – как можно более подробно и честно. Чистов согласился. Собственно говоря, других вариантов у него и не было. Слово свое Галина сдержала – и тогда же, в день великого сканирования, в течение двух часов делилась с нами воспоминаниями и размышлениями. Неохваченным остался лишь Иван Иваныч, который в сканировании не нуждался, поскольку любые данные относительно своей деятельности мог предъявить по первому требованию.

Я уже, помнится, говорил, что майор Чистов – натура художественная. Однажды я видел, как в пустом помещении Чистов устроил такое представление. Он был совершенно один (если не считать, конечно, меня) и выглядел, я бы сказал, на пять баллов.

Он бы хорошо сыграл Эркюля Пуаро. Вот он усаживает всю компанию у камина и разыгрывает небольшой спектакль. Сначала говорит о тех, кто вызывал подозрение. По законам детектива преступник не может быть из их числа, в то время как в жизни (а жизнь проще и достовернее литературы) преступления совершают как раз те, кто подозрителен с самого начала. Так вот, перечислив всех тех, кто вызывал подозрения, Пуаро переходит к тем, кто их не вызывал. Это та питательная среда, в которой развивается литературная преступность.

Майор внимательно вглядывался в красивые интерьеры, запоминая, так сказать, локацию, потому что заключительный разбор полетов будет происходить, возможно, здесь. В разное время это были Таврический и Екатерининский дворцы, Эрмитажный театр и роскошный Дом ученых на Дворцовой набережной (бывший дворец великого князя Владимира Александровича). Майор превратился без преувеличения в охотника за интерьерами.

К сожалению, ни в одном из случаев главный обвиняемый не был связан с перечисленными зданиями, поэтому эффектного финала не получилось. Все пояснения проходили в пределах полицейского управления с его гудящими лампами и короткими высказываниями уголовного элемента, вырезанными на расшатанных скамьях в коридоре.

Чистов как-то сказал, что для постановки хорошего детектива ему не хватает английских фамилий. Майору казалось, что местные смотрелись бы, что называется, на рубль дешевле: Кузнецов – это всё-таки не Смит, а Мельников – не Миллер. Даже одинаковые названия помещений не обязательно обозначают одно и то же. Библиотека английских детективов, в которой находят едва ли не половину тамошних покойников, является одной из комнат дома. У нас же это слово связывается с районным очагом культуры и библиотекаршей-пенсионеркой на выдаче. Так что вопрос, отчего дверь для прислуги ночью осталась незапертой, здесь не прозвучит убедительно. Да… Почему же они в самом деле ни о чем не спросили Эванс?

И всё же Чистов не терял надежды. Он знал, что в городе с таким обилием дворцов рано или поздно найдется учреждение, которое будет соответствовать самым высоким детективным требованиям. Так, организуя несколько лет назад охрану на съемках исторического фильма, майор открыл для себя помещения, о которых даже не догадывался. Например, в подвалах католической базилики Святой Екатерины на Невском оказались такие своды, под которыми было бы не стыдно снимать любой древнерусский монастырь.