Книга Невольный свидетель, страница 124 – Таня Грант

Вот тупая идея!

— Значит, ты позволила убийце своего парня просто уйти в лес? — я слишком расстроена, чтобы выражаться мягче, подобрать правильные слова, как я всегда делаю, и обвинение летит, как граната.

— Она его не убивала, — лицо Сидни искажается. — Вряд ли.

Э-э… Приехали! Тогда кто же его убил?

Я не могу сказать этого вслух, потому что иначе Сид подумает, что это сделала я.

Иногда Сидни так сильно хочется верить в лучшее в людях, что она забывает о логике. Джефф мёртв, и все улики указывают на Люси. Если Сид ничего не говорит по этому поводу, то это повод задуматься: далеко ли зайдёт "девушка с раком", прежде чем Сид начнёт что-то подозревать?

Я вскакиваю со стула, не в силах больше усидеть на месте.

— Разве вы только что не поссорились?

В каком мире от криков друг на друга переходят к "она его не убивала"? Просто в голове не укладывается. Люси — самый большой "ред флаг" на свете. Как Сидни может этого не видеть?

— Да, я разозлилась, но…

— Ты же знаешь, что это плохо, верно?

Люси что-то скрывала с самого начала этой поездки, а сейчас она там разгуливает, и от этого я начинаю невольно задумываться, что ещё может пойти не так. Мы здесь в ловушке, как лёгкая добыча, а в окружающем мире всё идёт своим чередом. Люси может вынашивать планы, как навредить нам, заманить в ловушку, или, боже упаси, даже бросить нас, а мы ничего не будем знать.

Сидни корчит гримасу:

— Я думала, тебе всё равно не хотелось её здесь видеть.

— Ну, её общество мне противно, но хотелось бы, чтобы она находилась в пределах видимости. Это просто… — я разочарованно рычу. — Блин.

Я знаю, что драматизирую, когда начинаю ходить взад-вперёд, но я не переигрываю. Это так похоже на Сид. Не успеваешь согласиться с одним из её планов, как она тут же всё переигрывает. Я знаю, что её подписчикам нравятся все эти загадки и спонтанность наблюдения издалека, но жить с этим в реальной жизни утомительно.

— В чём таком важном тебе нужно было разобраться? — спрашиваю я у Сид.

Она колеблется — недолго, но ровно настолько, чтобы у меня перехватило дыхание и похолодело в груди.

— Во всём, — шепчет она.

Она что-то от меня скрывает.

— Сидни?

От резких ноток в моём голосе она поднимает на меня взгляд, и в нём читается неуверенность, смешанная с чувством вины. О чём бы она ни размышляла, это, должно быть, важно, но она также сама не понимает, что это значит.

Я выдерживаю её взгляд, пока она не сдается.

— Кто-то разбил Wi-Fi-роутер.

От её признания я останавливаюсь:

— Нарочно?

— Именно так считает Люси.

— Итак, здесь нет ни сотовой связи, ни Wi-Fi, и мы находимся в разгар жуткой метели с минимальными запасами продовольствия. Никто не придёт до завтра, и даже если прибудет, к тому времени мы все можем быть мертвы.

— Думаю, этого достаточно, — шепчет она, её глаза кажутся огромными и светятся в свете камина.

Во мне поднимается истерика. Если бы я не была так напугана, я бы утешилась тем, что Сидни сказала мне правду. Она предала доверие Люси, и это для меня кое-что значит. Но я не могу оценить это прямо сейчас. Мне нужно подумать.

— Она что-нибудь ела?

— Я дала ей маффин, — пожимает плечами Сид.

В любом случае, я бы не стала есть эту чёртову глютеновую бомбу, но всё же. Мы достигли той точки, когда нам нужно смотреть на все как на ресурс. Чем меньше у нас ресурсов, тем меньше мы можем ждать спасения. Щедрость Сид означает, что она сама себя лишила приёма пищи.