Книга Восьмой свидетель, страница 112 – Стив Кавана

— Возражаю, ваша честь! – вмешался Кастро.

Кейт обернулась, искренне удивленная. Это было просто неслыханно, чтобы прокурор вылезал с возражениями в ходе вступительного слова защиты. Судья призвал представителей обеих сторон подойти к судейской трибуне.

— Как все это понимать? – поинтересовался Зелл.

— Примите мои извинения, ваша честь. Я был просто вынужден возразить. Адвокат защиты вводила присяжных в заблуждение.

— Что?! – вот и все, что сумела выдавить Кейт.

— Я никоим образом не пытаюсь подвергнуть сомнению право мисс Брукс трактовать любые возникающие сомнения в пользу обвиняемого. И не думаю, что она сделала это намеренно. Может, у нее просто не было времени ознакомиться с нашим последним дополнением к материалам дела, – продолжал Кастро.

Кейт почувствовала холодок в затылке.

— Каким еще дополнением? – спросил судья Зелл.

— Мы подали ходатайство о соблюдении анонимности свидетеля…

Кейт припомнился приглушенный разговор Кастро с помощником перед тем, как судья вошел в зал. Его подручный, как видно, ткнул на «Отправить» в электронной почте прямо перед появлением судьи. Отойдя от судейской трибуны, Кейт подобрала со стола свой электронный планшет и вернулась обратно. Ну естественно – копия этого ходатайства обвинения уже была у нее на почте. Они специально отложили отправку, чтобы убедиться, что она не увидит ее до окончания своего вступительного слова – чтобы можно было прервать ее, полностью смазав впечатление от ее выступления.

— В чем там суть? – спросил судья.

— Ваша честь, обвинение получило новые доказательства от свидетеля, который готов дать показания на суде лишь на условиях полной анонимности. Данный свидетель опасается возмездия со стороны обвиняемого, и мы считаем, что по закону он имеет полное право на анонимность. Этот свидетель расскажет присяжным, по какой именно причине Джон Джексон убил Маргарет Блейкмор.

— Можно мне, пожалуйста, два органических яйца-пашот, слегка поджаренный тост из хлеба на закваске и чашку горячей воды с ломтиком органического лимона?

Покосившись на Лейка, официантка поджала губы и собралась с мыслями, прежде чем ответить.

— Мы не готовим пашот, – наконец отозвалась она.

— А как насчет всмятку? – спросил Лейк.

— У нас тут только гриль и сковородки. Вы можете заказать омлет, глазунью, болтунью или просто сырое яйцо, дорогуша.

Из уст официантки определенно донеслось «дорогуша», но прозвучало это жутко похоже на «душнила».

— Ради сохранения моего рассудка он закажет глазунью. А мне, пожалуйста, блинчики и побольше кофе, мэм, – сказал я.

— То же самое, – сказала Блок.

Официантка одарила меня благодарной улыбкой, собрала наши меню и отправилась выполнять заказ. Мы не спали почти всю ночь. Завалившись переночевать к Блок, я нашел там Лейка. Они устроили мозговой штурм, перебирая все возможные варианты. Продолжалось это до семи утра. Мне нужно было поесть, выпить кофе, принять душ, а затем я как раз успевал встретиться с Кейт. Она сказала, что сможет и сама управиться со вступительным словом. Я хотел при этом присутствовать, хотя бы чисто в качестве поддержки, но сейчас было куда важней попытаться выяснить, что за хрень на самом деле кроется за этим делом.

— Никак не могу уложить все это в голове, – признался я. – У меня такое чувство, что здесь кроется какая-то совсем другая история, которую я пока не вижу. У нас уже два убийства на этой улице или связанные с ней. У нас есть Маргарет Блейкмор, но никакой связи с Джоном, кроме орудия убийства, обнаруженного в его доме. Затем мать Элисон, предположительно убитая горничной Джексонов, попавшейся на краже, и Эстер, которая донесла на семью этой горничной в ИТС. Я знаю, Кейт думает, что пистолет подбросила Алтея, но Алтея никак не связана с Блейкмор.