Книга Восьмой свидетель, страница 61 – Стив Кавана

— Пули, извлеченные из тела Блейкмор, были весом тридцать восемь гран, с полым наконечником. Дозвуковые. Такие пули не преодолевают звуковой барьер при стрельбе, так что нет характерного треска при выстреле. Если сочетать дозвуковой патрон с глушителем, то каждый выстрел будет не громче сорока, от силы пятидесяти децибел, – ответила Блок.

— На что это похоже – пятьдесят децибел? – спросил Лейк.

— Обычный разговор – это около шестидесяти децибел.

— Черт, выходит, что убийца знал ее, знал местность, умел стрелять и знал особенности своих боеприпасов. Это все больше и больше смахивает на профессиональное убийство. Я знаю, что у мужа железное алиби – во время убийства он находился далеко за пределами штата, но не мог ли он нанять киллера?

— Мужа мы можем исключить. Нет реального мотива. И это не профессиональное убийство, – возразила Блок.

— Почему не профессиональное?

— Потому что она не впустила бы в дом незнакомого человека, а киллер застрелил бы ее, как только она открыла входную дверь.

Лейк покачал головой, уставившись в пол. Какое-то время оба молчали, собираясь с мыслями.

— Полицейские обыскали эти комнаты, – наконец произнесла Блок. – Не перевернули тут все вверх дном, но по верхам все-таки осмотрели внимательно, пытаясь составить картину жизни Маргарет. Тем не менее оставили всё в полном порядке. Всё в точности так, как было на момент убийства.

— Согласен. Комнаты и их содержимое подверглись разве что совсем беглому осмотру. Тут где-то на полмиллиона долларов побрякушек просто лежит на туалетном столике в одной из комнат… А если ничего не пропало, копам не было нужды устраивать полноценный обыск. Это же было не ограбление.

— Они поняли, что это не ограбление, едва только увидели тело, – заметила Блок. – У нее все еще было обручальное кольцо на пальце. С большим камнем.

— Разумно, – согласился Лейк. – Итак, в чем тут у нас мотив? Это не ограбление. Вскрытие показало, что никакому насилию она не подвергалась, – так что это не преступление сексуального характера. Как ты и сказала, это казнь.

Они принялись осматривать спальню – тумбочку, комод, стенной шкаф, – оба работая в разных концах комнаты.

Закрыв ящик с нижним бельем Блейкмор, Блок выдвинула второй и начала уже рыться в ее носках, как вдруг остановилась.

— Лейк… – произнесла она, вытаскивая из пары свернутых носков сотовый телефон.

Я сидел в своем рабочем кресле, закинув ноги на стол, перед кружкой холодного кофе.

Кейт уже ушла домой, прихватив свой экземпляр материалов по делу Джексона и намереваясь потратить всю ночь на подготовку досудебных ходатайств. Гарри стоял у окна моего кабинета со стаканом скотча в руке, залитый зеленым неоновым светом, исходящим от вывески магазина «Бабл-ти» на другой стороне улицы.

— Что это, черт возьми, за «бабл-ти» такой? – вопросил Гарри.

— Понятия не имею. Хотя Дениз он нравится. Говорит, что у него есть всякие разные вкусы.

— А со вкусом бурбона есть? – поинтересовался Гарри.

— Не думаю, что такой бывает. На дно чашки кладут такие маленькие шарики из желе. Этот чай жутко популярен в Японии, и за чашечку просят восемь баксов.

— Восемь долларов?.. Сейчас почти час ночи, а перед заведением все еще стоит очередь. Может, нам стоит бросить всю эту юриспруденцию и открыть чайную лавку?