Книга Интрижка, страница 59 – Флора Коллинз

Я тогда еще сообразила, почему Пейдж не могла без моей помощи протиснуться в чванливые круги нью-йоркских знакомых Одилии. Ее осветленные волосы напоминают солому, накладные ресницы слишком длинные, макияж тяжеловат, автозагар, если так сильно хочется им пользоваться, должен быть на два тона светлее.

Но стоит ли сильнее погружаться в эту трагедию? Это все равно что выбежать на автомагистраль. Или броситься на рельсы прямо перед поездом. Разве цель оправдывает средства? И что вообще задумала Пейдж?

Встаю и надеваю толстовку, уже заполдень. С кухни слышны приглушенные голоса, доносятся те же запахи, только слабее. Видимо, у Куина гости. Пригласил кого-то на ночь? Надеваю хлопковые шорты на случай, если дома незнакомец, тихо приоткрываю дверь и выскальзываю в узкий коридор на кухню и гостиную.

Куин сидит за столом, который мы обычно раскладываем для гостей, с ним Сэм. Видимо, у них опять перемирие. К слову, Сэм из числа тех, кому я писала, просила о помощи и надеялась хоть на какую-то соломинку в полном отчаянии, а получила равнодушную отписку.

Куин с Сэмом разговаривают, потягивают «мимозу», по столу струится красивый искусственный свет, посредине стоит синяя ваза с розовыми тюльпанами. Оба в стильных спортивных брюках; на Сэме укороченная футболка, а худи Куина красиво подчеркивает цвет лица. Они все съели, лишь несколько капель сиропа блестит на пастельного оттенка тарелках, на покупке которых настоял Куин. Очевидно, я здесь третья лишняя.

Сэм смотрит на меня над ободком бокала и с улыбкой машет.

— Куин думал, ты запрешься у себя до вечера. А ты явилась! Давай садись. Выпей.

И почему меня вечно угощают выпивкой? Не успеваю отказаться, как Сэм щедро наливает мне просекко, да еще немного свежевыжатого апельсинового сока, который явно не стоит своих денег. Беру стул и сажусь с ними, поджав под себя ноги.

— Есть еще яйца и все такое, если хочешь перекусить, – говорит Куин, но я решаю просто посидеть. Целый год почти ни с кем не общалась, и две новые встречи подряд меня здорово утомляют.

— Хорошо выглядишь, Вера. – Сэм наклоняется оценить несвежее дыхание, смазанную подводку и воронье гнездо на голове (я вчера вырубилась, кое-как расчесавшись).

— Ха-ха, – хмуро отзываюсь я. – Куин забыл предупредить, что ты придешь. Я рада тебя видеть. Правда.

А если серьезно? Оглядываю Сэма. Рассеянный свет окружает его аурой. Афроприческа короче, чем раньше, большие карие глаза сверкают, стали еще заметнее прежнего.

— Хотя мог бы и пораньше заглянуть, если честно, – продолжаю я. – Уж от тебя холодного приема не ожидала. – Слова невольно срываются с губ. А впрочем, приятно кого-то отчитать.

Сэм ничуть не смущен, даже бровью не ведет.

— Для танго нужны двое. Меня твое поведение достало. Я месяцами тебя приглашал на все фотовыставки, а ты не удосужилась даже прислать письмо с отказом. В прошлом году у меня мама заболела, а ты не предложила помочь. Надо побросать все дела, потому что тебя с работы уволили? Да ладно! – Он говорит без затаенной обиды, просто объясняет, как есть. Мне крыть нечем. Я ни разу не съездила в его художественную резиденцию в Хадсоне, хотя она совсем близко к маминому дому.

Пощипываю кончик носа. Так и хочется заорать: меня не просто уволили!.. Однако Сэм прав, как бы ни язвил. До всей этой истории работа для меня была важнее близких. И я скучаю по ней, скучаю по занятию, от которого аж голова кипела. А сейчас мне нужны союзники.