Книга Кот – агент ФБР, страница 22 – Гордон Гордон, Милдред Гордон

Чок подался от него назад, зашипел и зафыркал. Он всегда был вполне способен узнать лицемера с первого взгляда, а уж тут, братцы мои, налицо махровый лицемер.

— Ах ты маленькая зараза, – пробормотал Зик, как ему показалось, про себя. – Попробуй только еще раз проделать это.

Ингрид вошла неожиданно, держа в руках миску консервированной кошачьей еды. Она сказала холодно:

— Я слышала, как вы ругались. Не думала, что агент ФБР…

— Я не ругался. Я использовал средства совершенно правильного английского языка, чтобы выразить свои подавленные эмоции.

— Разве вы не любите котов?

— Обожаю. – Он снова чихнул. – Ей-богу, я их обожаю. – «Да простит меня Аллах, – подумал он, – а заодно и Эдгар Гувер и все братья Кеннеди».

— Не думаю, что вы понравитесь Пэтти, если вы любитель собак. Она терпеть не может любителей собак. Наш сосед из дома напротив – он ужасно симпатичный, – но Пэтти его терпеть не может, потому что у него такса, и эта такса все время писает под наше абрикосовое дерево, и дерево от этого гибнет, а Пэтти, хотя она никогда ни на что не злится, говорит, что она собирается обратиться в полицию, или в пожарную охрану, или еще куда-нибудь.

Она неожиданно спросила:

— У вас есть собака?

— Нет, сейчас нет. Когда-то была, давно.

Ему было шесть лет, когда отец на Рождество принес домой того щенка колли, и Зик назвал его Томом в честь какого-то старого сварливого работника с ранчо. Колли рос вместе с Зиком. Семь лет они вместе бродили по холмам и каньонам, а также посещали сельскую школу, где учитель не возражал против свернувшейся клубком под партой собаки. Однажды утром Зик проснулся, не обнаружил Тома и отправился на поиски. Он отыскал его позади зарослей темно-красных олеандров, около корраля, застреленного неизвестным вором. Двое работников ранчо помогли Зику похоронить его под тополем. Зик вырезал имя Тома перочинным ножом на доске и поставил ее в качестве метки. Когда он в последний раз был дома, два года назад, он наведался к тому тополю и поправил свою метку, которую за много лет повалили дожди и ветры.

* * *

Зик по-настоящему гордился стратегией, которую разработал, чтобы сфотографировать Чока. Она доказывает, как он сказал Ингрид, что человек умнее кота, каковой факт до сих пор подвергается сомнению в определенных кругах. Главное – выбрать подходящий момент. Следуя указаниям Зика, Ингрид подняла тарелку с кошачьей едой на точно рассчитанную высоту, и Чоку пришлось приподняться на задних лапах, чтобы достать ее. Он проделал это, однако, не без колебаний. Он принял во внимание, заглянув в сузившиеся глаза Зика, что все это может оказаться каким-то подвохом. Но запах рыбы был соблазнительным, и он решил, что может довериться своей девушке.

Когда он потянулся за тарелкой, Ингрид ее отодвинула, и в этот момент Зик щелкнул затвором фотоаппарата, прежде чем Чок успел последовать за едой.

Вспышка на мгновение ослепила их всех. Позже, рассказывая об этом другим агентам, Зик утверждал, что Чоку удалось быстрее всех в истории проделать трюк под названием «исчезновение кота». Одно мгновение он был еще на постели и тянулся за миской, а в следующее мгновение его уже не было.

— Мне следовало бы сначала снять у него отпечатки, – с сожалением сказал Зик.

После недолгих поисков они обнаружили Чока под кроватью, Ингрид попыталась дотянуться до него, стоя на коленях, но он только обиженно пятился. Получалось, что доверять нельзя никому.