Книга Убийства по книге, страница 57 – Эми Шаумберг

— А мисс Марпл – всего лишь старая дева.

— Она же вымышленный персонаж, – возразила Кэролин. – А здесь речь идет об убитой девушке.

— Прошу прощения. Все, прекращаю паясничать. – Рори одарил ее умоляющим о прощении взглядом, хорошо известным Эмме. Она отвернулась. – Мне просто хотелось… совершить нечто важное. Действительно важное. И не в теоретическом смысле, вроде «эту статью прочитают целых пять человек», а по-настоящему значимое.

Несмотря на попытки бросить вызов Иэну, Эмма не забыла его предупреждение. И уже в сотый раз подумала о выражении его лица, когда он застал ее за просмотром фотографий. Раньше она фокусировалась на гневе и неприятии. Теперь же вспомнила страх.

— За пределами Сент-Мери-Мид ^[27] все куда сложнее.

— Какая-то загадка окажется тебе не по зубам? Не верю.

— Я не имела в виду загадку. А говорила о реальной жизни. Кто-то на самом деле убил девушку, и она…

— Заслуживает, чтобы кто-то узнал ее историю. – Рори пару секунд вглядывался в лицо собеседницы. – Будь честна. Ты считаешь, что твой детектив с этим справится? Он точно сумеет? А вот тебе природа наказала заниматься подобным. Не говоря уже об образовании.

Эмма различила в словах Рори эхо собственных возражений. Его уверенность в ее способностях песней сирены залечила раненое эго. Именно это ей хотелось услышать от Иэна.

— Я понимаю, что это не игра. – Несмотря на горячность, заявление декана звучало убедительно. – Правда. Но речь идет об анализе текста – то, что мы умеем делать профессионально. Эм, преступник что-то хочет сказать с помощью этого. – Он постучал пальцем по странице газеты. – А мы как раз говорим на его языке. В отличие от полицейских. Когда ты пришла ко мне, то сообщила, что изучаешь сцену смерти Офелии. Потому что заметила взаимосвязь, верно? Твой детектив хоть видел намек до того, как ты ему указала, куда смотреть.

— Нет, – признала Эмма.

— Именно ты – и никто другой – догадалась о взаимосвязи преступления со смертью Офелии. И я готов поспорить, что полиция бы не подозревала о наличии несоответствий, если бы не твоя подсказка. Они уже продвинулись в расследовании благодаря тебе.

— Понимаю, меня никто не спрашивал, – наконец вклинилась в обсуждение Кэролин, – но мне идея кажется очень плохой.

— Принято к сведению, – не глядя на нее, продолжил Рори. – Эм, а ты как считаешь?

— Мы сообщим полиции все, что сумеем выяснить, и позволим им выполнять свою работу, – в итоге предложила Эмма. Не хотелось доказывать неправоту Иэна, рискуя умереть от рук какого-то безумца. – А сами сосредоточимся на анализе текста.

— В этом деле мы собаку съели, – ухмыльнулся Рори, придвигая газету к себе и постукивая по фотографии дерева. – Значит, договорились. Итак, вместо символа горя у нас здесь обличение пороков. Инжир намекает на отсутствие невинности или грехопадение. – Он посмотрел на Эмму, и та согласно кивнула. – Что только подчеркивается фактом изображения дерева на закрытой двери, будто говоря об изгнании из рая.

— А еще, – добавила она, – петля из цветов вместо венка. На этом снимке ее плохо видно. Она свисает с ветки.

— Хорошо, что у тебя есть доступ к внутренней информации, – поддразнил Рори, явно наслаждаясь загадкой.

— Только преступник включил маргаритки, – отметила Эмма. – Почему бы не заменить их на другие цветы: фиалки или колокольчики? Они символизируют утраченную скромность или глупость – обе версии имеют больше смысла, если убийце хотелось поставить под сомнение добродетельность жертвы.