Книга Убийства по книге, страница 78 – Эми Шаумберг

— Ладно, ладно. Проверим его алиби. Но должен признаться: я ничего такого не чувствую. А вижу только детектива, чьи эмоции мешают трезво оценить ситуацию.

— Давай лучше вернемся к работе.

Иэн не смотрел на напарника, пока они под дождем шагали по территории колледжа к машине. А когда все же взглянул, в глазах Майка по-прежнему плескалась тревога.

— Мы находимся на территории колледжа Карлайл, чтобы пролить свет на новости об убийстве второй студентки, всколыхнувшие сплоченное сообщество местных жителей… – вещала стройная брюнетка в вызывающе-красном свитере, обводя рукой пространство за собой.

Ее жизнерадостный тон казался неуместным при описании ужасного происшествия. Видеооператор вслед за жестом повернул объектив, чтобы продемонстрировать телезрителям панораму: зевак, на лицах которых отражались шок, страх и явное любопытство. Улицы переполняли фургоны новостных каналов, кругом толпились журналисты в ожидании сенсационной истории. В воздухе носились домыслы и гневные воззвания.

Эмма торопливо прошла к дверям факультетского здания, когда одна из камер повернулась в ее направлении.

В коридорах все перешептывались о новом убийстве, новости о котором распространялись со скоростью пожара, препарировались и изменялись до неузнаваемости, становясь монстром Франкенштейна, скроенным из фактов и страха. Первое преступление и без того подтолкнуло студентов к грани, второе же вызвало понимание непосредственной опасности для себя. Они собирались в коридорах и возле дверей группками, переговариваясь приглушенными голосами в попытках выяснить, кто именно умер. Все прижимали к себе рюкзаки и куртки, защищаясь от посторонних взглядов.

Имена обеих убитых, Сары Уэстон и Филиппы Майнор, просочились в интернет, несмотря на попытки полиции сдержать утечку информации. Их фотографии появились в социальных сетях с множеством вопросов и соболезнований сомнительной искренности в комментариях. Органы правопорядка пока не подтвердили официально взаимосвязь между двумя убийствами, однако сплетни и домыслы уже распространились. Аналитики-любители уже изучали обстоятельства дел в попытках обнаружить подсказки для поимки преступника – или хотя бы чтобы уберечься от него. Эмма наблюдала за студентками, обсуждавшими детали смертей: рыжеволосые вздыхали с облегчением, узнав, что обе жертвы были блондинками. Учащиеся бизнес-факультета с мрачными, напряженными улыбками комментировали, что убитые специализировались в области изобразительных искусств. А похожие на Сару и Филиппу девушки, стройные бледные блондинки, выглядели напуганными, осознав опасность для себя.

Стараясь отогнать воспоминания о собственном паническом бегстве и вернуться к привычной жизни, Эмма приехала в колледж как обычно, припарковалась на своем постоянном месте и попыталась работать, не отвлекаясь. Однако мысли то и дело крутились вокруг тех деталей расследования, которые пока удалось обнаружить. Многочасовые изыскания без отдыха не принесли почти ничего полезного. Тогда Эмма переключилась на подготовку к занятию по стихотворению По «Линор» и сосредоточилась на том, как Гюи де Вир стоит возле гроба покойной красавицы, своей возлюбленной, и отказывается оплакивать ее смерть, пока жители города обвиняют героя в черствости. Найалл, вероятно, окрестил бы это стадией отрицания. За словами крылся страх. Чувствуя тревогу, Эмма потянулась, откидываясь в кресле, и попробовала собрать разбежавшиеся мысли.