Книга Двенадцать граней страха, страница 18 – Марина Серова

— Десять лет назад мой сын Чен приехал в Россию по программе культурного обмена, — голос Ли Чжана звучал ровно, но я чувствовала глубокую боль за этой маской. — Он был блестящим искусствоведом, специализировался на идентификации подделок. Здесь он познакомился с коллекционерами из Клуба ценителей Востока. Они были впечатлены его знаниями и пригласили оценить некоторые свои приобретения.

Ли Чжан сделал паузу, словно собираясь с мыслями.

— Сначала все шло хорошо. Но потом Чен обнаружил, что некоторые предметы в коллекции Дорохова имеют явные признаки нелегального происхождения. Это были артефакты, вывезенные контрабандой из Китая в обход международных соглашений.

— И он, конечно, сказал об этом Дорохову, — догадалась я.

— Хуже, — Ли Чжан горько усмехнулся. — Он наивно пригрозил сообщить в соответствующие органы. На следующий день в его гостиничном номере провели обыск. «Нашли» несколько редких свитков, якобы украденных из коллекции Дорохова. Я прилетел сразу же, как узнал о его аресте. Привез лучших адвокатов. Но…

— Но Ветров был судьей, а Лаптев — экспертом, — закончила я за него.

— Да. Подделка экспертизы, взятки, сфабрикованные доказательства. Все было решено заранее. Чен получил десять лет за преступление, которого не совершал.

— А вы?

— Я продал все, что имел в Китае, и переехал сюда, ближе к сыну. Открыл маленькую лавку антиквариата.

Я молчала, позволяя старику выговориться. Боль в его глазах была настоящей.

— И теперь, когда Чен вышел, начались эти подмены, — продолжила я за него. — Своеобразная месть.

— Я знаю, о чем вы думаете. — Ли Чжан поднял руку. — Но Чен не делал ничего противозаконного.

— Но кто-то же подменил восточные раритеты. — Я внимательно наблюдала за реакцией старика.

— Подозреваю, что это был сам Дорохов, — Ли Чжан сказал это спокойно, как будто речь шла о чем-то обыденном.

— У вас есть доказательства?

— Нет, — он покачал головой. — Это лишь моя догадка, основанная на знании характеров этих людей. Но я пришел не поэтому.

Ли Чжан наклонился вперед, его глаза сверкнули в полумраке комнаты.

— Завтра мой сын встречается с человеком, который может рассказать вам всю правду о костях Дорохова. Я хочу, чтобы вы пришли на эту встречу. Возможно, это единственный шанс предотвратить дальнейшие трагедии.

Он протянул мне маленькую карточку с адресом и временем.

— Я не могу сказать больше. — Он поднялся, опираясь на трость. — Но, если вы действительно хотите узнать истину, приходите. И будьте осторожны, госпожа Иванова. В этой игре фигуры не всегда те, кем кажутся.

Я проводила Ли Чжана до двери и потом долго смотрела на карточку в своей руке. Адрес антикварной лавки, время работы и подпись: «Жду в любое время». Это мог быть капкан, но интуиция подсказывала мне, что старик не лгал. По крайней мере, не во всем.

Я снова взяла в руки свои гадальные кости. Пластиковые кубики приятно холодили ладонь.

«Разве то, что человек может узнать — именно то, что он должен узнать? Не будьте чрезмерно любопытны», — предупредили кости.

— Я учту, — пробормотала я.

Мелодия будильника на моем телефоне ворвалась в сон с настойчивостью циркулярной пилы. Я позволила себе еще пятнадцать секунд полусна, прежде чем широко открыть глаза. В голове еще звучали слова Ли Чжана о крови и предательстве. Ночной визит китайского антиквара оставил после себя тягостное впечатление — словно на кожу наложили тонкий слой древней патины.