Книга Двенадцать граней страха, страница 84 – Марина Серова

Дверь действительно оказалась на месте. Маленькая, неприметная, почти скрытая разросшимся плющом. Я осторожно коснулась потемневшего от времени дерева, и дверь неожиданно поддалась.

«Не заперто», — удивленно подумала я. Либо Чен был настолько самоуверен, что не счел нужным запираться, либо… меня ждали.

Я медленно потянула дверь на себя, стараясь, чтобы петли не скрипнули. Внутри было темно, но воздух казался теплым и сухим. И еще — он был наполнен ароматом благовоний. Сладковатый, чуть терпкий запах сандала и чего-то еще, незнакомого.

Закрыв за собой дверь, я замерла, давая глазам привыкнуть к темноте. Постепенно я начала различать очертания небольшой комнаты. Пусто. Ни мебели, ни утвари. Только у дальней стены виднелась еще одна дверь, из-под которой пробивалась тонкая полоска света.

Оттуда же доносились звуки — тихая монотонная мелодия, в которой переплетались звуки флейты и какого-то струнного инструмента. Китайская музыка, древняя и завораживающая. Она словно приглашала войти, забыть об осторожности и следовать за мелодией.

Я подошла к двери и прислушалась. Кроме музыки, ничего не было слышно. Ни голосов, ни движения. Либо в основном помещении еще никого не было, либо… Я не хотела думать о второй возможности.

Дверная ручка легко повернулась. Я приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы можно было заглянуть внутрь, и затаила дыхание.

То, что я увидела, заставило меня на мгновение забыть о цели своего визита. Чайный домик был преображен. В центре круглой комнаты стояло массивное резное кресло, больше похожее на трон, красного дерева, с инкрустацией из перламутра. На нем, крепко привязанный, сидел Дорохов. Его лицо, обычно надменное и самоуверенное, сейчас выражало смесь ужаса и покорности. Он был жив, без видимых повреждений, но бледен как полотно.

Вокруг него на полу горели десятки свечей, создавая причудливый танец теней на стенах. А сами стены… Я никогда не видела ничего подобного. На каждой из двенадцати панелей висел свиток с изображением гадальной кости. Двенадцать граней, двенадцать свитков. И на каждом — иероглифы. Красиво. Но, к сожалению, мне не слишком понятно. На моих костях — точки, с ними мне привычнее работать…

Я задержала дыхание, пораженная продуманностью и символизмом обстановки. Это действительно был ритуал, тщательно подготовленный, выверенный до мелочей. Но главное — я не видела Чена Ли. Был ли он уже здесь или…

Ответ пришел неожиданно.

— Вы можете войти, Татьяна Александровна, — голос звучал спокойно и даже вежливо. — Я ждал вас.

Я распахнула дверь полностью и шагнула внутрь, держа пистолет наготове. Чен Ли стоял справа от меня, у одной из стен, одетый в традиционный китайский халат темно-синего цвета. В руках он держал маленькую деревянную шкатулку.

— Добрый вечер, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал так же спокойно, как его. — Неплохое представление вы тут устроили.

Он слегка поклонился, словно принимая комплимент.

— Я рад, что вы выбрали правильный путь, Татьяна Александровна. Теперь вы станете свидетелем восстановления баланса.

Баланса. Это слово прозвучало как ключ к разгадке всего происходящего. Не месть, не наказание — восстановление баланса.

— Как вы узнали, что я приду? — спросила я, медленно опуская руку с пистолетом. — После того как похитили Дорохова? Вы же понимаете, что все могло измениться… И мы договаривались несколько об ином, если помните.