Книга Двенадцать граней страха, страница 85 – Марина Серова

Чен улыбнулся — легкой, едва заметной улыбкой.

— Вы слишком умны, чтобы позволить полиции вмешаться раньше времени. И слишком любопытны, чтобы пропустить финал. — Он сделал паузу. — Кроме того, я был бы разочарован, если бы вы не пришли.

Дорохов все это время молчал, но при звуке моего голоса он вздрогнул и повернул голову.

— Иванова! — его голос сорвался. — Вытащите меня отсюда! Этот сумасшедший…

— Молчать! — резко оборвал его Чен, и Дорохов мгновенно замолк. — Время говорить для вас еще наступит. И вы скажете правду. Всю правду.

Я сделала еще один шаг вперед, осматривая комнату. Теперь я заметила в углу небольшую цифровую камеру на штативе, направленную прямо на Дорохова. Запись. Еще одно доказательство. Но для кого? Для суда? Вряд ли оно будет иметь юридическую силу, если получено под принуждением.

— Чен, — начала я осторожно, — ты ведь понимаешь, что за порогом уже собирается группа захвата? У тебя не так много времени.

Он кивнул, словно это было что-то само собой разумеющееся.

— Пятнадцать минут, которые вы выпросили у подполковника Кирьянова? — Его глаза блеснули. — Этого достаточно. Ритуал не займет много времени.

Я невольно поежилась. Откуда он знал про Кирьянова? Неужели за мной следили с самого начала?

— Что за ритуал? — спросила я прямо.

Вместо ответа Чен подошел к креслу, где сидел Дорохов, и открыл шкатулку. Внутри на темно-красном бархате лежали три двенадцатигранные кости. Даже издалека я могла видеть их теплый, медовый блеск.

— Подлинные кости династии Мин, — произнес Чен с благоговением. — Те самые, которые когда-то принадлежали моей семье. Те самые, которые этот человек украл, предварительно уничтожив жизнь моего отца и мою свободу.

Дорохов дернулся в кресле.

— Я не крал! Я купил их легально! У жены Чжоу Ляна!

Чен медленно повернулся к нему, и я впервые увидела в его глазах то, что он так тщательно скрывал, — холодную, обжигающую ярость.

— После того как ты довел мою мать до самоубийства? После того как подделал улики против меня? После того как подкупил судью Ветрова?

Каждый вопрос звучал как удар хлыста. Дорохов вздрагивал, но молчал.

— Сегодня ты расскажешь правду, — продолжил Чен, глядя прямо в глаза своему пленнику. — Всю правду. О том, как вломился в нашу галерею под видом покупателя. О том, как подбросил фальшивые платежные документы. О том, как оклеветал меня, обвинив в краже собственных семейных реликвий.

— Я не… — начал было Дорохов, но Чен резко перебил его:

— Молчать! Сегодня ты будешь говорить только правду! — Он обернулся ко мне. — Вы ведь тоже хотите услышать правду, детектив? Не записи прослушки, не показания свидетелей, а признание из первых уст.

Я кивнула. Конечно, я хотела. Я потратила около недели на расследование, собирая по крупицам информацию, но прямое признание Дорохова могло бы завершить дело одним махом.

— Но не такой ценой, — ответила я твердо. — Признание, полученное под угрозой насилия, не имеет юридической силы.

Чен усмехнулся.

— Юридической силы? — Он покачал головой. — Я провел десять лет в тюрьме по сфабрикованному делу. Поверьте, я имею некоторое представление о том, как работает ваша юридическая система.

В его голосе не было злобы — только усталость и глубокое разочарование. И я не могла его винить. Система действительно дала сбой. Несправедливость осталась безнаказанной, а истинный преступник все эти годы наслаждался свободой и украденным богатством.